Камень. Книга пятая

– Как кто, Виктор? – расстроился я, похоже, моим планам чуть закошмарить Дашковых не суждено сбыться. – Такое в Москве у нас может себе позволить только наш с тобой род Романовых, и никто другой. На личное присутствие его императорского величества в особняке Дашковых я не рассчитываю, но вот наличие пары его императорских высочеств могу гарантировать. Про сотрудников Тайной канцелярии, которые фонят в округе, вообще умолчу. Думаю, меня и Прохор там ждет не дождется…

Старший охраны вылупился на меня непонимающе:

– Прошу прощения, но я несколько не…

– Забей, Виктор, – вздохнул я.

 – Меня только одно теперь волнует, на хрена они Пафнутьева химией накачали? Чтобы он меня от визита к Дашковым не отговаривал? – начал рассуждать я вслух. – Как вариант… И чего дед добивается, не пойму? Ладно, в особняке Дашковых все и узнаю, после того как им тут маленькую войнушку устрою.

– Алексей Александрович, – возбудился Виктор, – может как-то?..

– От машины далеко не отходите, – приказал я, открыл дверь и вышел.

Перейдя на темп, мысленно похвалил себя: как же правильно я поступил, что приказал остановиться на достаточно большом расстоянии от особняка Дашковых! Вот эти трое перекрывают Брюсов переулок со стороны Большой Никитской, недалеко от них трое из группы прикрытия. А вот ещё четверо, заслонившие параллельный Вознесенский переулок, эти двое Газетный… И еще. И еще. Везде, куда хватало моего внутреннего виденья, были фонившие напряжением патрули. И что же меня ждет в самом особняке Дашковых? А это противное ощущение взгляда в спину? Они что, везде камер натыкали?

Как поступить? Незаметно к особняку все равно не подберёшься, единственный вариант – гасить всех подряд.

Решено, так и поступим.

***

– А вот и внучок пожаловал… – усмехнулся император, глядя в монитор.

Он встал, потянулся и скомандовал в гарнитуру:

– Всем полная готовность! Объект на месте. Действуем по плану…

***

Только я начал настраиваться на ближе всего расположенных ко мне «непонятных личностей», как пискнула чуйка и от всех этих людей повеяло напряжением и тревогой.

В том, что меня заметили, сомнений не осталось никаких. Они тут что, весь квартал камерами перекрыли? Сомнений, что это действует Тайная канцелярия, у меня теперь не осталось никаких. Ладно, тогда вообще нет повода скрываться. Понеслась!

Рванув по Большой Никитской, я начал гасить всех тех, о ком меня предупреждала чуйка.