Камень. Книга пятая

То, что он подъехал не прямо к особняку, а оставил машину в районе Большой Никитской, говорит только об одном: он опасался засады, вернее, бы уверен, что его там ждут. Значит, по моему скромному мнению, у молодого человека личные счеты с Дашковыми, которых тем не менее защищают остальные Романовы. Можно на этом неплохо сыграть, Мифа, устроив роскошную провокацию.

– Слушаю внимательно, Олежа, – потер Тагильцев руки.

Глава 5

В четверг после занятий мы с моими университетскими друзьями в кафе не пошли – встретиться предстояло в семь часов вечера в моем особняке.

Кроме того, я предупредил их, что, возможно, опоздаю минут на тридцать-сорок. И чтобы не забыть, тут же отправил Марии сообщение подобного же содержания.

Подойдя к стоянке, мы обнаружили там Прохора, который стоял около моей машины.

– Добрый день, Прохор Петрович! – поприветствовали его мои друзья.

– Добрый день, молодые люди! – кивнул он с улыбкой. – Как учёба?

– Всё хорошо, – за всех ответил Андрей Долгорукий.

– К нам сегодня собираетесь? – поинтересовался Прохор. – А то мы вовсю готовимся.

– К семи будем, Прохор Петрович.

– Будем ждать. До вечера, молодые люди! – воспитатель кивнул.

Кивнув в ответ, молодые люди направились к своим машинам, задержалась только Анна Шереметьева:

– Алексей, помни о своем обещании.

– Помню, Анечка, – кивнул я. – Сегодня я только ваш.

Уже в машине я поинтересовался у воспитателя:

– Прохор, а ты чего со мной поехал? Опять эти пресловутые меры безопасности?

– Мне Орлов позвонил, – чуть замялся он.

 – Он сегодня на правило решил поставить Вяземскую и Решетову. Вот я и…

– Понятно… – протянул я. – Не переживай, все будет в полном порядке, с твоей Екатериной я сделаю все особенно аккуратно. Слушай, а ты не знаешь, какая стихия у Решетовой? У Вики вроде воздух, а вот про Екатерину я ничего не знаю.

– Огонь у неё.

– О, как тебе повезло с дамой сердца, – заинтересовался я. – Слушай, а то, что у вас одна стихия, для ваших детей это лучше, или все равно? В лицее нам говорили, что без разницы, какая стихия у отца и у матери, самое главное, чтоб силы было как можно больше и у того, и у другого, а там уж как повезёт.

Может, род Романовых с Тайной канцелярией знают что-то ещё?

– Род Романовых с Тайной канцелярией знают очень многое, Лёшка, но больше Господа нашего не знает никто, – хмыкнул Прохор. – Одно лишь тебе могу сказать – насколько повезёт, настолько сильным и будет ребенок.