Камень. Книга третья

 – Ты же сам знаешь!

– Сядь, Володя! – отмахнулся Николай. – Пусть ещё пару дней Григорий под домашним арестом посидит, ему только на пользу пойдёт. Злее работать будет. Ты лучше о пресс-конференции думай. Виталий, с «хулиганами» это вы хорошо придумали, своим сотрудникам от меня передай благодарность, хоть как-то корольку этому афганскому предварительный привет передали, – ухмыльнулся он. – Можешь быть свободен. – Император дождался, когда за Пафнутьевым закроется дверь, и продолжил: – Вроде всё обсудили. У кого ещё какие вопросы?

Вопросы у Романовых были, но одна сплошная мелочёвка – все решили воспользоваться возможностью оперативно обсудить текущие дела рода, не имеющие отношения к сегодняшним событиям, так что совет рода продлился ещё больше часа.

***

Уже когда Алексия с Викой в сопровождении дворцовых подходили к палате Алексея, её двери открылись, и из них вышла императрица с великими княжнами Марией и Варварой. Дворцовые замерли по стойке смирно, а Алексия с Викой поклонились. Императрица остановилась напротив девушек и принялась молча разглядывать Алексию, которая стояла, уставившись в пол.

Мария с Варварой в это время улыбались Вяземской, которая в присутствии Марии Фёдоровны стояла с каменным лицом. Наконец императрица с лёгким пренебрежением хмыкнула, видимо, что-то такое разглядев в певице, и повернулась к внучкам:

– Пойдёмте, девочки.

Вика с Алексией отмерли только тогда, когда Романовы скрылись за поворотом коридора. От комментариев обе девушки воздержались – и у стен в Кремлёвской больнице были уши.

Поздоровавшись с Белобородовым и каким-то незнакомым мужчиной, они в сопровождении доктора, представившегося Валентином Григорьевичем, осторожно прошли в палату к Алексею и чуть не зарыдали – бледный молодой человек лежал на кровати, в нос у него была вставлена трубка, из-под одеяла торчали провода, подключённые к непонятному прибору, а к левой руке крепилась капельница. Сдержать слёзы девушкам так и не удалось, и они, вытирая щеки, осторожно приблизились к кровати.

– Леся, Вика, вы поговорите с Алексеем, может, он вас и услышит… – негромко сказал Прохор. – Я уже поговорил… А Владислав Михайлович с Валентином Григорьевичем тихонько в углу постоят. Договорились? – Лебедев с доктором после слов Белобородова аккуратно поставили рядом с кроватью два стула, а девушки уселись.

Первым делом, не сговариваясь, они взяли в руки прохладную ладонь молодого человека, переглянулись и постарались успокоиться.