Камень. Книга шестая

 – Именно в это отделение зачислен курсант Романов.

Генерал кивнул и повернулся ко мне:

– Курсант Романов, располагаетесь на свободной кровати. Жить теперь будете здесь.

Наличие соседа никак не входило в мои планы, а значит…

– Ваше превосходительство, а как же я сюда буду бл@дей таскать? При наличии соседа-то?

– Простите? – уставился на меня Ушаков.

– Бл@дей, ваше превосходительство, проституток то бишь, готовых на все за звонкую монету. Не знаю, как тут остальные живут, а я привык к регулярной половой жизни и «в кулак» спускать не намерен.

– Да как вы?.. – Лицо генерала стало медленно краснеть.

– Валерий Кузьмич, – вмешался Пафнутьев, – курсант Романов так шутит, юмор у него такой… своеобразный. – Тон фактического главы тайной канцелярии неуловимо изменился на угрожающий. – Может быть, вы все же пойдёте навстречу курсанту? Дадите ему, так сказать, возможность прийти в себя после… гражданки… в отдельной комнате?

Ушаков шумно задышал, потом посмотрел на бледного полковника Удовиченко и наконец выдохнул:

– Шутит он, значит? Просто шутит? После гражданки? А что, мы хоть и военные, но юмор тоже понимаем.

Не всегда, правда, но стараемся… – генерал повернулся к капитану Уразаеву. – Вадим Талгатович, есть у нас что-нибудь в резерве, что подойдёт курсанту Романову?

– Есть, ваше превосходительство, – быстро закивал тот. – Позвольте проводить.

– Проводите.

Мы вышли из комнаты и направились дальше по коридору, пока не упёрлись в дверь с номером 220.

Через минуту принесли ключи, и мы оказались в комнате, которая была как минимум в два раза больше прошлой, да ещё и с небольшой кухонькой, неплохим холодильником, телевизором и одной-единственной двуспальной кроватью.

– Другое дело, ваше высокопревосходительство! – Я был действительно доволен. – Вот здесь я с удовольствием пока и остановлюсь. – Кинул сумку на пол и аккуратно поставил рядом рюкзачок.

– Ещё бы! – хмыкнул Ушаков. – Такие апартаменты на каждом этаже у нас предназначены для командировочных офицеров, которым не хватило места в офицерском общежитии.

Ставлю вас в известность, курсант Романов, и вас, Виталий Борисович, – генерал глянул на Пафнутьева, – что буду вынужден доложить его императорскому величеству о данном произволе.

– Вы лучше мне скажите, где здесь женское общежитие, ваше превосходительство? – хмыкнул я. – Симпатичные курсантки есть? А моему царственному дедушке всегда успеете стукануть.