Камень. Книга вторая

И у него даже происхождение очень достойное, на зависть многим, – мать – княжна Пожарская… Да никто и слова не скажет! Подданные и все главные рода империи только радоваться будут, узнав, что есть, кому в будущем императором стать, да девок своих подсовывать! Кого в жёны, а кого и в любовницы! А сам Алексей? У него же никого вокруг не останется после этого! Никаких друзей и просто хороших знакомых! Все, конечно, станут относиться к нему с должным уважением, пытаться набиться в друзья и приятели с прицелом на будущее, но ты готов поручиться за искренность их чувств? – князь пристально смотрел на императора.

– Нет, Миша… – помотал головой Николай.

– Коля, сколько мы с тобой друг друга знаем? – продолжил Пожарский. – Лет семьдесят, если не больше! С Володькой столько же. – Великий князь кивнул. – Мы с детства знакомы, тогда на деньги и власть было наплевать! Наши сыновья друг с другом хорошо ладят в лицее учились вместе. Все друг другу свои. Вот и надо Алексея делать своим для общества, с друзьями, недругами, общими дурными выходками и шалостями! Как у нас с вами двумя было.

Чтобы были общие воспоминания. Необходимо, чтобы Алексей хотя бы для общества ещё какое-то время побыл князем Пожарским. Я всё сказал.

– Вова? – Николай посмотрел на брата.

– Я согласен с Мишей, – кивнул великий князь. – Он дело говорит. Но решать тебе, Коля.

Император взял графин и разлил водку по рюмкам. Но этого времени на размышления ему не хватило, и он подцепил вилкой кусок колбасы.

– Хорошо. – Император бросил вилку и взял рюмку. – Будь по-вашему! За молодого князя Пожарского! – Они чокнулись и выпили. – Но каков был «Царский гнев»? А ведь Алексей ещё в полную силу не вошёл! Что же будет дальше?

– Ты, Коля, не загадывай! – хмыкнул великий князь. – Главное, чтоб он с тобой, Сашкой и сёстрами общаться нормально начал.

– После Колиной речи о том, что все претензии как к главе рода предъявлять надо к нему, будет всё нормально, – заверил Пожарский.

 – У Лёшки на лице облегчение было написано. Я заметил. Это ты, величество, вовремя сказал! Уважаю!

– Нет ничего проще, твоё сиятельство, чем говорить правду! – с важным видом сказал император и разлил из графина водку по рюмкам. – Давно так душевно не сидел. За правду!..

Только в третьем часу ночи князь Пожарский загрузился вместе с обоими Романовыми в свою «Чайку», и они поехали в Жуковку.