Камень. Книга вторая

Оправданием происходившего непотребства служила лишь безумная любовь Алексии к искусству, а нам троим – добровольная помощь попавшей в беду девушке… А уж когда самый верный почитатель таланта Алексии, великий князь Алексей Александрович, в тайне от всех через официанта заказал ресторанным лабухам «Ехали цыгане», стало окончательно понятно, что старания Прохора оказались не напрасны – Алексия прониклась атмосферой настолько, что сразу после исполнения романса вышла на сцену и устроила, от переизбытка чувств, настоящее шоу!

– Вот как всё было! Никто не знает, какая дорога ведёт к настоящему искусству! Через водку и селёдку, оказывается, тоже! – гордо закончил Сашка под общий хохот.

Смеялась даже Лиза, которая, конечно, ничего не поняла, но поддалась общему веселью.

– Алексия, это правда? – вытирая слёзы, спросила Маша.

– Правда, – улыбаясь, кивнула та. – Только делите всё как минимум на два, но водки под селёдку Прохор меня заставил выпить немало! А на утро этот ролик «По ресторанам» взорвал паутину.

Кто его снял и выложил, я до сих пор не знаю. И ещё, – она демонстративно повернулась к Петрову. – А кто у нас больше всех радовался, что его на той записи не видно? А, Александр? Кто нам с Алексеем Александровичем на маменьку жаловался, которая, если подобное увидит, сразу в Москву примчится, сыночка любимого из цепких лап пьянства и разврата вырывать?

Все снова расхохотались – до того жалостливое лицо стало у Петрова.

– Александр, мне Маша все уши про вас прожужжала! – сказала Варя.

 – Говорила, что насчёт выставки художника Хмельницкого с Михаилом Николаевичем договорилась, где и ваш портрет Алексии будет представлен. Но у нас тут… – она замолчала, а Сашка опять покрылся румянцем.

– Александр сейчас под покровительством Пожарских, Варвара, – решил вмешаться я. – Первый портрет он обещал Михаилу Николаевичу. Юсупова, Долгорукая и Шереметьева, подружки Марии, уже пытались… договориться. Только вмешательство моего деда, князя Пожарского, уберегло Александра от дачи опрометчивых обещаний.

А ведь он ещё и учится. Так что прошу с подобными просьбами к моему другу пока не обращаться. Надеюсь, что со временем Александр сможет написать портреты всех присутствующих.

Особенное разочарование было написано на лице Вяземской – не ей было конкурировать с великими княжнами, да и очередное упоминание Юсуповых, Долгоруких и Шереметьевых не добавило ей оптимизма.

– Александр, а где вы учитесь? – поинтересовалась Варя.