Принимая во внимание

Но пока мы шли по 50 – лет, потом перешли мост, через загаженную, заваленную мусором, Бурхановку, зашли в молочный магазин, отстояли очередь за сметаной и творогом, я поменял и мнение и настроение. В конце концов, почему дядя Саша должен мне о себе рассказывать? Его жизнь – это его жизнь. И я не имею права в неё вгрызаться со своим любопытством. Если захочет, сам, когда – нибудь, откроется. А соврал? Так это, скорее всего, своеобразная форма защиты личного, о котором старик не хотел никому говорить. По крайней мере, сейчас.

Нечто такое, что живёт в нём постоянно. И, может так статься, держит его в этом мире. Каждый из нас имеет своё «ТАКОЕ». О котором молчит, потому, что ТО его, и только его. И никто не имеет права лезть в душу, тем более, ковыряться в ней. Может, я сейчас пишу нервно, неточно оформляю мысли, но пишу о том, что чувствую. И что почувствовал, когда мы три часа назад шли из бани.

Помнится, мы, некоторое время, шли молча. А потом, в один момент, я не сдержался и спросил:

– Дядя Саша, а вы в Китае бывали?

– С чего это вдруг тебя заинтересовало? – откликнулся он.

– Да так. Всё-таки, столько лет живёте на границе. Рядом с Китаем. А что такое «тяни-толкай» не знаете.

– Ну и что? – Александр Олегович в тот миг улыбнулся. – Есть москвичи, которые понятия не имеют, где находится Собор Василия Блаженного. И ничего, живут. Для них главное знать, где расположен ГУМ. А стихотворение… Может, автор придумал своё слово. Как Маяковский. Для рифмы. А может, действительно когда-то было нечто такое, что нужно было толкать, вроде санок.

Не знаю. В Китае то побывать мне не удалось. Когда имелась возможность, случая не выпадало. А теперь нет ни случая, ни возможности.

– Да ладно вам. – Вмешался в разговор Мишка. Глаза его блестели: пока мы стояли за молоком, он успел сгонять на автобусе на Высокую, за чекушкой. – Что там, в том Китае, интересного? Посмотришь на тот берег, так с души воротит: и как люди могут так жить? Не жизнь, а выживание. Полная голодуха. В Китае интересно было бы побывать лет, эдак, сто назад.

А сейчас…

Мишка махнул рукой.

Мой новый друг газет не читает. Радио слушает только тогда, когда его включаем либо я, либо дядя Саша. А потому, точных сведений о Китае знать не может. Но наблюдательный глаз художника делает безошибочные выводы. По данным, которые проходили через «контору», было известно, только в прошлом году в нескольких центральных провинциях КНР вымерло от голода и холода около трёх миллионов человек.