Принимая во внимание

А Александр Олегович, когда возвращались домой, вдруг принялся читать стихи. Как он выразился, «вирши его младости»:

Синь льда, блеск солнца, свежесть снега,

Куёт морозный воздух сталь,

От санок радостного бега

В душе крутится чувств спираль.

Так хорошо! Река – как чудо!

В душе поёт весенний хор:

Аквамариновую груду

Разрубит солнечный топор.

Пока же шестик беспощадный

Лёд режет, точно каравай,

Глотая резкий воздух жадно,

Китаец мчит «тяни-толкай»[13 - Георгий Мелихов. «Белый Харбин».

1920-е годы.].

– А что такое «тяни-толкай»? – спросил Мишка.

Дядя Саша ответил, что не знает. А меня заинтересовало другое:

– А чьи стихи?

Воскресный день близился к вечеру, похолодало. Пиво бродило в голове. Стихи казались некоей туманной реальностью.

– Не помню. Одного из наших доморощенных, амурских поэтов, то ли тридцатых годов, то ли сороковых. – Дядя Саша с деланой искренностью выдохнул последние слова, но я-то знал, что он сказал неправду.

Эти строки мне довелось слышать раньше, в Москве.

Из уст папы. И, как я помнил, они принадлежали не амурскому поэту. А харбинскому. Дядя Саша преподавал литературу, и уж такие мелочи, как имя поэта, чьи строки ему так нравились, должен был помнить.

Сначала меня охватила обида от того, что он от меня что-то скрывает. Но пока мы шли через загаженную, заваленную мусором Бурхановку, зашли в молочный магазин, отстояли очередь за сметаной и творогом, я поменял и мнение и настроение. В конце концов почему дядя Саша должен мне всё о себе рассказывать? Его жизнь – это его жизнь.

И я не имею права в неё вгрызаться со своим любопытством. Если захочет, сам когда-нибудь откроется. А соврал? Так это, скорее всего, своеобразная форма защиты личного, о котором старик не хотел никому говорить. По крайней мере сейчас. Нечто такое живёт в нём постоянно. И, может статься, держит его в этом мире. Каждый из нас имеет своё ТАКОЕ. О котором молчит, потому что ТО его, и только его. И никто не имеет права лезть в душу, тем более, ковыряться в ней. Может, я сейчас пишу нервно, неточно оформляю мысли, но пишу о том, что чувствую. И что почувствовал, когда мы три часа назад возвращались из бани.

Помнится, мы некоторое время шли молча. А потом, в один момент, я не сдержался и спросил:

– Дядя Саша, а вы в Китае бывали?

– С чего это вдруг тебя заинтересовало? – откликнулся он.

– Да так. Всё-таки столько лет живёте на границе. Рядом с Китаем. А что такое «тяни-толкай», не знаете.