Мёртвая голова

Климент Пряхин усмехнулся, щелкнул окурок в воду и сказал, покосившись на Антона Неизбежина:

– Нынче утром, на Ушакова, прозектора Копфлоса обнаружили. Без головы.

Антон Неизбежин прицельно оплевал еще оду чайку, к сообщению Пряхина он остался совершенно равнодушен.

– Я тоже про это слышал, – кивнул Лаврентий Жребин. – Может, уже сегодня его к нам привезут?

– Нет, не привезут, – сказал Климент Пряхин. – Менты теперь его башку ищут, да никак найти не могут.

– На кой им его башка? – фыркнул Лаврентий Жребин.

– Порядок такой, – объяснил Климент Пряхин. – Вот когда найдут башку без тулова, станут к тулову, что без башки, приставлять, чтоб, значит, одно другому соответствовало. Ежели все совпадет, тогда – в добрый путь, можно и кремировать. А ежели не совпадет, тогда придется им другую башку искать, да другое тулово для неподходящей башки.

– Ну, это дело долгое, – разочарованно сказал Лаврентий Жребин и повернулся к Антону Неизбежину, выбиравшему новую мишень.

Антон Неизбежин пометил еще одну чайку и только после этого ответил:

– Привезут кого-нибудь. Дня еще не было, чтобы кого-нибудь не привезли.

Одному приказ – на запад, а другому – на восток

– Иванов.

– У?

– Вставать пора, – сказала Наталья. – На работу опоздаешь.

– Не на работу – на службу, – пробурчал Иванов, не открывая глаз.

Он с головой укрылся одеялом и перевернулся на другой бок, спиной к Наталье.

– Ах так… – Наталья уперлась пятками в поясницу Иванова и спихнула его на пол, вместе с одеялом и подушками. – Если ты не станешь ходить на службу, то тебе деньги перестанут платить, а на хрена ты мне нужен без денег?

– Это жестоко, – жалобно простонал Иванов, ворочаясь на полу.

– Жизнь такая, – сказала Наталья. – Давай, поднимайся, топай в ванную умываться, зубки чистить и морду побрить не забудь.

«Почему я позволяю ей так со мной поступать? – спросил Иванов у своего зеркального двойника в ванной. – Она ведь даже не жена мне».

«Потому что тебе самому это нравится, – ответило отражение и взяло левой рукой электробритву. – Тебе нравится, когда тобой помыкает эта женщина».

«Интер-ресно. А почему мне это нравится?» – спросил Иванов, жужжа электробритвой.