Мёртвая голова

Мёртвая голова

Станислав Романов

В странном городе Северная Венеция, затопленном морем в результате глобального потепления, живут очень странные обитатели. Некоторые из них даже не совсем люди. Однажды в городе происходит загадочное и зловещее преступление: убит некто по имени Копфлос, труп обезглавлен, голова пропала… И поиски мертвой головы влекут за собой более загадочные и более зловещие события.

Мёртвая голова

фантасмагорическая мистерия

Станислав Романов

© Станислав Романов, 2016

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Видно, Буджум ошибистей Снарка!

    Льюис Кэрролл

* * *

– А вот интересно, – сказал Лаврентий Жребин, – есть ли вода на Марсе?

– Не-а, – лениво отозвался Климент Пряхин.

 – Нету там воды, только песок.

Антон Неизбежин, по обыкновению, промолчал; он, по-ковбойски сощурив глаз, сосредоточенно плевал вниз, в жирных ленивых чаек, что плавали на поверхности моря.

Был час прилива, и уровень воды поднялся метра на три, почти до четвертого этажа – это если считать по-старому, от земли. Жребин, Пряхин и Неизбежин сидели на краю крыши крематория – Антон, свесив ноги с карниза, лицом к улице, А Лаврентий и Климент, наоборот, к улице спиной. Все трое маялись вынужденным бездельем, нынче с самого утра еще не причалил ни один катафалк, и кремировать пока было некого.

От нечего делать Лаврентий Жребин стал развивать марсианскую тему:

– А я вот в газете читал, что на Марсе есть каналы, и ежели взять хорошую зрительную трубу, то можно их разглядеть.

– Ну и что, – ответил Климент Пряхин, закуривая вонючий «Беломорканал». – Каналы-то есть, а воды в них нету.

– Как же тогда марсианцы там живут, без воды-то? – поинтересовался Лаврентий Жребин.

– А у них водопровод есть, – ухмыльнулся Климент Пряхин. – И вообще, откуда у тебя такой интерес? На Марс, что ли, решил перебраться?

– Я над этим думаю, – сказал Лаврентий Жребин серьезно.

 – У меня, понимаешь, из-за постоянной сырости суставы уже начинают побаливать, в шее щелкает, в пояснице трещит. А как с моря бриз, так у меня – насморк.

– Да, совсем плохой стал, – покачал головой Климент Пряхин, поглядел на дымящуюся папиросу в своей руке и сказал как бы задумчиво: – Кремировать тебя, что ли?..

– Себя кремируй, – огрызнулся Лаврентий Жребин и обиженно засопел.