Перелётный жених. Книга третья

Пилот кричал вслед, призывая не дурить, подождать чуток, пока разгрузят мешки с письмами или хотя бы идти по серпантину, где дорога ровная и встречаются попутные машины. Возможно, к этим словам стоило прислушаться, но только если ты понимаешь испанский язык в его пулеметно-торопливой разновидности, столь популярной в Латинской Америке.

Лев ничего не понял. Помахал летчику на прощанье и начал спускаться в долину. Когда доковылял до городка, часы на башне святого Сальвадора пробили полдень. Звон был не радостный, скорее похоронный, как в старых вестернах.

В каждом «биме» и каждом «боме» отчетливо слышалось предостережение, а от скучавших на площади мужчин пахло дешевым табаком, ликером фернет и неприятностями. Хромающего чужестранца заметили издалека, обменялись презрительными замечаниями, посмеялись над нелепой походкой, но как только тот подошел ближе, все резко замолчали.

Наверное, онемели от возмущения, когда Лев полез в фонтан. Так ведь он не со зла. Просто пальцы распухли, а пятки перешли в режим разбитого корыта.

К тому же спина затекла, шея хрустит при каждом повороте головы, а повертеть ею придется, чтобы не пропустить неожиданный удар. Аргентинцы приближались со всех сторон, вроде и лениво шагают, не торопятся, а уже рядом, хмурый тип в затылок дышит и продолжает грубить:

– Benvenido a Jujuy! Entendido?[2 - Понимаешь? (испанск.)]

– Сам туда иди, да? – огрызнулся Лев по-русски, и сразу взвыл, поскольку волосатая лапища грубияна вцепилась в его плечо.

– Tomemos una foto![3 - Давай сфотографируемся! (испанск.)] – лицо оставалось все таким же хмурым, но голос звучал гораздо дружелюбнее.

Фото? Ах, фото. Выходит, это не агрессоры, а поклонники. Оказывается, и здесь, в аргентинской глуши, люди наслышаны о его кругосветном путешествии. Возблагодарим Интернет, многоликий и вездесущий! Лев улыбнулся и приосанился. Конечно, джинсы немного пообтрепались внизу, но пока что выглядят вполне презентабельно, а цыганская рубаха и вовсе не знает сноса – эту одежку шили специалисты по долгим странствиям, поэтому она не мнется, не выгорает на солнце, и после нескольких стирок не потускнела.

На снимках выглядит идеально, не нужно ни фильтров, ни ретуши.

Хмурый тип селфи забраковал. Тараторил, выкатывая глаза, жестикулировал, в конце концов, не выдержал, взял путешественника за руку и потащил за собой. Лев только успел схватить ботинки и зашлепал в мокрых носках по брусчатке, морщась от боли.