Перелётный жених. Книга третья

Мог разбиться или покалечиться, но отделался легким испугом. Волна меня ударила снизу – видел, как Неймар пинает мячик? Я и полетел, словно мячик. Приземлился удачно, доплыл до берега. Клялся, что никогда больше не встану на доску, но на следующий день снова пошел на волну, а через неделю покорил ее. С тех пор уже двенадцать лет в этих краях. Весной, летом и осенью катаюсь, учу новичков.

– Местных? – зевнул Лев.

– Ты ващще не слушаешь, да? – Юрка не обиделся, даже похлопал его по плечу. – Я ж говорил: местных учат со школьной скамьи.

Станут они платить инструктору? Держи карман шире. Но мне туристов хватает. Москвичи каждый год приезжают, причем у большинства с английским – как у меня раньше. Бегинер с минусом. Зато деньги есть. Весь сезон катаюсь, а зимой на работу устраиваюсь. Помогаю Банни. Она последние три года трудится в заповеднике, на острове Кенгуру. Там и живем.

– А, ты все еще с Аней? Поженились? – Лев сам удивился, что задал этот вопрос, видимо, в очередной раз всплыл перископ из глубин – желтая субмарина подсознания готовится к торпедной атаке.

– А зачем? – пожал плечами Юрка. – У нас с ней, как в серфинге – пока идет волна, катись и кайфуй. Не задумывайся.

Конечно…

Тут задумывайся, не задумывайся, а торпеды сомнений уже выпущены и в голове грохочет канонада:

– А если на берег выбросит? Если доска сломается? Если больше ни одной волны не дождешься? Если весь кайф пропадет?

– Ващще не думаю о таком. Кайф пропадает как раз в тот момент, когда начинаешь о чем-то тревожиться.

Юрка помигал фарами и посигналил, съезжая с трассы на боковую дорогу.

– Срежем через заповедник. Так быстрее, – объяснил он и подмигнул пассажиру. – Достань из бардачка зеленую табличку и поставь на стекло. Это пропуск. А то рейнджеры могут и колеса прострелить, они в этом парке особенно злые.

– Из-за браконьеров? – уточнил Лев, нашаривая картонку.

– Из-за Рэмбо, – хохотнул серфингист. – Тут решили устроить охранную зону для грызунов. Не знаю, то ли какие-то мыши, то ли бурундуки, а может и вообще тушканчики.

Главное, что они вымирают бешеными темпами, поскольку не могут размножаться в неволе. Неловко им, видите ли, шпилиться в лаборатории или в зоопарке. Только на природе. Но там хищники, которые могут обломать в любой момент. Получается палка о двух концах, куда ни кинь – всюду жопа. Добрые люди огородили тысячу квадратных километров, – чтоб ты понимал, это больше чем Москва внутри МКАД, и зачистили территорию от любых хищников.