Бракованные

– Теперь ты не мог бы оставить нас на пару минут? Чуть позже мы разместим тебя и добро пожаловать.

Счастливый, он удаляется, и Кайла обращается к изумлённой Пэйдж:

– Где ты его нашла?

– Спас меня от чистильщиков, когда мы были даже не совсем знакомы.

– Не совсем знакомы?

Пэйдж отмахивается.

– Кайла, ты не поторопилась?

Она честно и легко отвечает:

– Нисколько. Он вдохнет в них жизнь. Верь мне, Пэйдж.

– Я всегда тебе верю.

Это правда.

Кайла и Пэйдж, будто, были знакомы ещё до того, как родились.

Будто были плечом к плечу ещё в прошлой жизни, будто без их дружбы мир бы и вовсе не мог существовать.

Совсем разные, они притягивали друг друга с неимоверной силой.

Это всё так странно…

Кайла, помнит, как бежит по траве. Босиком. Она смеется и падает на спину, всматриваясь в синеву небес. Рядом падает Пэйдж. Или Эмили. Тогда ведь ее звали Эмили.

– Я устала играть в догонялки. Давай во что-нибудь другое?

Кайла кивает:

– Ага.

Какой же беззаботной казалась жизнь в восемь лет.

Кайла задумчиво предлагает:

– Джонатан, из соседнего дома вернулся с отдыха. Может позвать его и других ребят? Чем больше человек, тем веселее.

Эмили передергивает. Ее глаза мутнеют:

– По-моему, вдвоем лучше.

«Какая она странная». Девочки подружились недавно. Кайла заметила, что Эмили не общается ни с кем из класса. Она посчитала, что ей тоскливо и одиноко, поэтому подошла к ней, чтобы подружиться. Кайле было с ней интересно, в общем, как и с другими ребятами, но иногда Эмили казалась ей очень… Странной.

Это не было ни хорошо, ни плохо, это было именно странно.

Она вспоминает, как подошла к ней тогда:

– Привет. У тебя красные волосы!

Эмили неуверенно откликается:

– А?.. Ну… Да. А что это плохо?

Она опускает голову, будто их разговор уже закончен. Кайла не сдается:

– Как тебя зовут?

Красноволосая отвлекается от разглядывания парты:

– Эмили.

– Меня зовут Кайла. Эмили, так почему твои волосы красные?

Та пожимает плечами:

– Я так захотела.

Кайла смеется:

– В смысле? Так сильно хотела, что они сами собой покраснели?

В пылу объяснения Эмили становится чуть более раскрепощенной, открытой:

– Да нет же, я их покрасила!

– Ого, а родители разрешили?

Эмили слегка грустнеет:

– Да. То есть… – Она вздыхает. – Папе было всё равно.

Теперь вздыхает Кайла:

– Мой папа никогда мне такого не разрешит…

Эмили кивает головой:

– Знаешь, это очень хорошо. Поверь мне, это намного лучше.