«Откровения о…» Книга 3. Расплата

А верю, почему нет-то? Да и кому ещё верить, как не ему, если и самой себе уже не очень-то? Но мне нужно, жизненно необходимо услышать это от него!

– Просто скажи, что у вас ничего не было? Пожалуйста.

А он… Он отвёл взгляд и поджал губы.

Это Макса я, спалив на брехне, лупила и орала, что он дебил. И торжествовала от своей правоты. А теперь… Я вдруг испугалась её.

– Пожалуйста… Ведь не было? – шёпотом.

Пауза. Тягучая, удушливая. Казалось, так и будем молчать целую вечность. Но Денис не из того теста.

Он же, блядь, мужик. Грёбанный Батя. Выдохнул, разомкнул намертво сжатые зубы и…

А вот я не смогла. Услышать то, что он собирался сказать, было выше моих сил! Просто кинулась вон из кухни, словно пытаясь сбежать от палача. Но палач был быстёр. Он вскочил – за его спиной с грохотом свалился стул, схватил меня за руку, крутанул, зажимая в тисках, перехватывая со спины поперёк живота, и вздёрнул над полом. Я извивалась, молотила его кулаками, царапала руки. Молча. Отчаянно. Пока не иссякла.

Не обмякла.

Трясло так, что не могла начать слово:

– Пп… п… п…

И дыхания не хватало, и просто не шёл голос. До отчаяния. До бешенства.

– Милаш, это совсем не то! Послушай, малыш, это… Это вообще ничего не значит! Ну, послушай…

– П-пусти… – всё-таки выдавила.

– Мила-а-аш…

– Пусти! Пусти, пусти, пусти! – откуда только силы взялись! Снова изворачивалась, задыхаясь от того, что он только сильнее сжимает меня, не давая сделать вдох. – Пусти, ты… Скотина! Гад! Сволочь!

Пятками по голеням, со всей дури.

А он терпит.

– Да это не то, Люд! Ты не понимаешь, это просто случайность! Послушай…

Извернулась, выдернула из захвата руку и вцепилась в его загривок. Удачно – пальцы попали под воротник. Всю злость, всю боль, всю обиду – всё в это скольжение. Ненависть сюда же. Пусть тоже корчится, пусть тоже воет, сволочь! Чувствую, как ногти пропахивают кожу шеи – от основания до самого затылка, и снова… И снова… А потом подвернулась его щека…

И Денис швырнул меня на диван, а я изловчилась в полёте, саданула его ногой по животу.

Жаль по яйцам не получилось. Саданула хорошо, но без толку, он всё равно скрутил меня, навалился сверху – ни вздохнуть, ни ойкнуть, упёрся носом в висок:

– Милаш, послушай, просто послушай! – Крепко держит, сволочь. Железно. – Это ничего не значит. Просто случайность!

Я даже дёрнуться не могу. Паника и бессилие. Бессилие бесит. Застит разум, не даёт слушать. Слышать.