«Откровения о…» Книга 3. Расплата

Сейчас я сидела под дверью в свою позапрошлую жизнь и понимала, что это только из-за того, что Денис словно видел меня насквозь и предугадал ход мыслей. А уехав, словно выдал мне кредит доверия… Который я не могла не оправдать.

Ну и как это называется? Дура – вот как. Какой нахрен кредит доверия, после того, что ты ему сказала, Кобыркова? Он просто уехал. Как ты и хотела. Может, даже, к Боярской рванул… А ты сиди, сиди. Оправдывай.

Ноги затекли, я встала и, не задумываясь, побрела в конец коридора, к сортиру.

Заперто. Да ладно? Кому там приспичило, да ещё и при выключенном свете? Хотя, может, и сломался. Бывало и такое – тогда его закрыли почти на полтора месяца. Уже повернула обратно, когда шпингалет щёлкнул, и из туалета, в клубах сигаретного дыма, показалась голова. Я присмотрелась: Артём, пацан со второго этажа. Из ушей провода, в руке плеер. Не ожидал меня увидеть, заметно вздрогнул. Я тут же пихнула его обратно в сортир и прикрыла за собой дверь. Жестом велела выдернуть наушники.

– Куришь, мелкий? А если матери скажу? – конечно же, я не собиралась стучать. Просто попугать. Хоть какое-то развлечение.

– Она на ночной…

– Понятно. Что слушаешь?

– Наутилус.

– Ну-ка…

Он протянул мне один наушник, я приложила к уху, и сердце ёкнуло – та самая песня, которую всего пару часов назад еле слышно играла магнитола Дениса.

– Дай второй! – Я не просила. Велела. И Артём, всё такой же растерянный, безропотно протянул и его. Я немного послушала. – А я что-то не слышала у них этого?

– Новая!

– М… А чего качество такое стрёмное?

– С телека писал.

– Мм…

– Людка, я пойду, а?

– Да, свободен, – мотнула головой на выход. – И не кури больше, понял? Увижу, уши надеру.

Он не двинулся.

– Ну?

– А плеер?

– Завтра отдам.

– Э-э-э…

– Чш-ш! Чего ты орёшь? Говорю – завтра! На вот, – сунула руку во внешний кармашек сумочки, вынула мятый косарь, – считай, напрокат взяла. Нормально?

Он хотел деньги, это было видно.

Но и за плеер боялся. Наверное, у старшего брата стянул.

– Тём, ну я его сожру, что ли? Верну, серьёзно. Я тебя когда-нибудь обманывала?

– Не.

– Ну и всё. Давай, давай. Утром ещё штукарь накину, идёт?

Тот, чуть замешкавшись, всё-таки кивнул.

– Ну и всё, – протянула ему ладонь, – по рукам?

– По рукам! – А уходя, обернулся: – Только там это, перемотка не работает. На карандаше надо.

– Не ссы, разберусь.

Да, без карандаша было хреново.