«Откровения о…» Книга 3. Расплата

Не отдавай ты его Барбашиной! С какого бы хрена?

– Причём тут она?

– А ты видела её довольную рожу сегодня? Сияла! Последний раз я её такой довольной видела на новогодней вечерине, когда она с Лёшкой танцевала. Он когда в армию уходит, не знаешь?

– Вроде шестнадцатого или семнадцатого. Июня.

Ленка кивнула.

– Десять дней это целая жизнь, Люд. У нас с Максом сегодня пятый день, как объяснились, а мне кажется, он был всегда… Вот и ты не тупи.

Макс ждал практически напротив входа. Вот она – легальность! Когда не надо ныкаться, когда стои?шь себе, облокотившись об крышу тачки и счастливо улыбаешься, при виде «хозяйки».

Ленка потащила меня к машине, но я упёрлась.

– Нет, Лен, я пойду. У меня дел – вагон!

– Да просто поздороваешься, вы же тоже как бы знакомы!

– Потом как-нибудь, Лен. Всё, давай…

И мы, чисто по наитию, обнялись, вдруг, и чмокнулись в щёки. Никогда раньше так не делали, больше того – посмеивались над теми, кто делал, а теперь – на, вот тебе… Само собой получилось.

От души.

Заворачивая за угол, невольно обернулась. Ленка уже села, Макс прикрыл за ней дверь и тоже обернулся. Я поймала его слегка растерянный взгляд, но не могла даже подмигнуть в ответ или, там, палец большой поднять, давая понять, что всё нормально.

Нефиг. У вас ребята всё так гладко и красиво, что в вашу сторону даже дышать страшно. Тьфу, тьфу, тьфу!

Глава 14

С утра не ела и до сих пор не хотела. Потерянная, брела по улице в случайном направлении.

Предстоящая вечером работа пугала, потому что сил, ни физических, ни моральных, не было. Зато была целая прорва свободного времени… которое нечем занять. А от безделья дурные мысли.

В тысячный раз проживала наш последний вечер. В тысячный раз ковыряла рану на сердце. Как он мог? Воображение рисовало варианты, неизменно похожие на кадры из «Санта-Барбары»: красивая жизнь, шикарные заграничные интерьерчики какого-нибудь киношного «Ориент Экспресса», утомлённая делами парочка с бокалами в руках.

Боярская изящно поглаживает ножку своего – с шампанским, Денис, цепко, словно женскую грудь, греет в ладони свой – пузатый с коньяком. Его задумчивый, серьёзный взгляд из-под сведённых бровей – на неё. Оценивает. Ольга ему нужна, она ему полезна. Она для него больше, чем просто женщина – она часть его жизни.

«Грёбанные восемь лет дерьма и крови – как выбрать-то?..» – это его слова. Его правда.

Он устал.