«Откровения о…» Книга 4. Верность

Конечно я до тебя голодная! И ревную, конечно! И буду ждать столько, сколько нужно, ты же знаешь. А когда вернёшься, не слезу с тебя, пока не сдохну. – Попыталась отнять свои руки, но он не отдал. Ну вот ещё! Недостаточно сладко пою? Дёрнулась настойчивее: – Олег, мне пора.

– Ты обиделась, я же вижу.

Удивительно, но когда он стоит вот так сзади, сжимая меня в объятиях и шепча на ухо густым баритоном, когда я ловлю исходящий от него терпкий запах табака и парфюма и, закрыв глаза, могу представлять на его месте кого угодно – раздражение отступает, и я снова схожу с ума и заранее скучаю по этим ощущениям.

Как же невыносимо хотелось хотя бы иногда быть чьей-то желанной и слегка капризной женщиной, которую пытаются уговорить не дуться!

– Не говори глупости, какие могут быть обиды? Тем более что ты очень точно подметил – я что-то забросила мужа. И пока тебя не будет, пожалуй, действительно обращу на него должное внимание.

– Ну вот, – сжимая руки крепче, словно удав кольца, прорычал Олег и резко развернул меня к себе, – теперь я буду ревновать тебя к нему.

Я улыбнулась. Конечно будешь, милый. Ведь это я тебя короновала. Вознесла, обожествила. Ведь тебе же как серпом по яйцам думать, что тоже самое может перепасть от меня кому-то ещё. Я же всё это понимаю, я же сама точно такая же – коронованная тобою.

– А может, рванём со мной? Скажешь, в командировку или, например, дальний родственник умер? Ну? Целую неделю вдвоём. Я такие места тебе покажу! Такую неизведанную Русь-матушку, о какой ты уже и не помнишь!

Началось.

Знает ведь, что не поеду, ведь не раз уже говорили об этом, а потому и предлагает уже вот так – смело, красивым жестом с барского плеча.

– А знаешь… Поехали! – прильнула я к нему. – У нас как раз на русское рождество партнёрское участие в выставке современного искусства в Саратове, я могу напроситься куратором, но выехать на две недели раньше открытия, с тобой.

Звенящая тишиной пауза…

– Подожди, а… А муж? Он разве пустит?

Я рассмеялась и, выскользнув из его безвольно повисших рук, застегнула-таки последние пуговки на блузе.

– Испугался? – оправила юбку-карандаш, накинула жакет. – Не поеду, Олег, знаешь же. Максимум, провожу на самолёт. Всё.

Он небрежно, с заметным облегчением пожал плечами:

– Ну ладно, проводи. Завтра в три вылет. Мил… – попытался снова притянуть меня к себе, но я нетерпеливо сбросила его руку и, дозаплетя косу, вышла в прихожую. Он следом.