«Откровения о…» Книга 4. Верность

В какой-то момент один из пацанят забрался на стул и стянул со стола солёный огурец, за что тут же получил нагоняй от девчушки немногим старше себя:

– Андрей, мама сказала папу ждать!

Андрей добычу, естественно, не вернул, вместо этого зажал огурец в зубах и, шустро подцепив ещё и пару кружочков колбасы, тиканул из комнаты. Тут же сработал закон дурного примера, и к столу полезли ещё два пацана. Девочка упёрла руки в бока:

– Вы что, не поняли? Мама сказала, ничего не трогать! – этакая маленькая училка.

Одна из девчонок постарше, из тех, что хихикали,  поглядывая на Алекса, хлопнула в ладоши:

– Илья, Сергей! Ну-ка!

И они тут же сделали вид, что просто проходили мимо. В комнату заглянул Мишка:

– Отец едет!

Тут же поднялась суета – уносились игрушки, заправлялось покрывало на диване, возвращались обратно к столу стулья… Просто поразительно, насколько всё было слажено. А ведь всего два слова и никаких указаний к действию! Скорее сигнал.

Я тоже поднялась. Ленкин игнор затянулся уже больше чем на полчаса, и начинал походить на банальный бойкот. А раз так, не хотелось бы, чтобы наши тёрки помешали их нормальному семейному ужину. Нужно было попробовать поговорить сейчас.

– А мама где? – спросила я Олю.

– С Кирюшей наверное, – пожала она плечами. – Хотите, я вас отведу?

Я кивнула Алексу «сейчас приду» и пошла за девочкой в холл.

– Мама где? – спросила та пробегающего мимо пацана.

– Не знаю! – на ходу крикнул он.

– Леночка там, – раздался над ухом тихий голос Мариши. – Пойдёмте, я отведу?

Оля тут же исчезла, а Мариша, обойдя вокруг ёлки, заглянула в одну из дверей тут же, в холле:

– Леночка ты здесь? – и потянула меня за собой: – Заходите, не бойтесь.

Я выдохнула и зашла.

Ленка с ребёнком на руках стояла у окна и просто тупо пялилась в него. Глянула на меня мельком и тут же снова отвернулась. Но мне показалось, что глаза её были покрасневшими.

– Вот, я принесла, – сказала мне Мариша, и только сейчас я заметила в её руках альбом для рисования. Заторможено кивнула и взяла его, не спеша открывать.

– Лен, прости. Понимаю, что не должна была так делать. Просто…

– Да, шутка была дурацкая, – сухо перебила она. – И как тебе только совести хватило? – Голос её тоже изменился, как и фигура. Стал более низким, грудным. И, несмотря на с трудом сдерживаемый гнев, тёплым.