Между

– Пришел, Жеребенок? – слышалась добрая улыбка. – Чего ты хочешь от старой кости?

– Поговорить с тобой. О чем угодно. Я не знаю, когда смогу придти сюда снова. Но знаю точно: если я упущу возможность беседы с тобой – я потеряю что-то очень важное.

Кромка времен: Бендигейд Вран

Ну что ж, Жеребенок, давай займемся историей. Забавное это дело – быть королем: изучаешь историю мира по родословной.

Мы с тобой отчасти родичи: я – сын Ллира, и твой отчим Манавидан – мой брат по отцу. Знаешь ли ты горькую повесть о сестре нашей Бранвен, чье сердце раскололось от горя? Слышал? Я напомню тебе кое-что из нее.

Мы выдали Бранвен замуж за одного из ирландских королей. Потом, когда к нам пришла весть, что с ней обходятся дурно, мы собрались в Эрин сами. Я оставил бренином в Каэр-Ллуде своего сына Карадауга.

В Ирландии я погиб. Рассказывать о том, как и почему это произошло, – долго. Да это уже и неважно. Я завещал привезти мой череп сюда, в Каэр-Ллуд.

Чтобы я мог и мертвым хранить Прайден. Мою страну.

Навеки мою – ибо земля, которую я защищаю, – моя земля. Покуда этот череп лежит под Каэр-Ллудом, никакому врагу не захватить наш остров.

Но речь не обо мне. Речь о моем сыне. О его смерти. И о его убийце.

– Кто посмел? – взревел Марх. – Кто тот негодяй, что осмелился поднять меч на законного бренина Прайдена?

– Тот, кому ты пришел присягнуть, – отвечал Бендигейд Вран. – Касваллаун, сын Бели.

Кромка времен: Бендигейд Вран

Дом Ллира и дом Бели – они всегда были недругами.

Даже когда пытались помириться. Особенно, когда пытались помириться.

Властители моря – и воители небес.

Причиной моей гибели был мой собственный брат. Но не по отцу, а по матери. Не из дома Ллира, а из дома Бели. Долго рассказывать… и речь не о том.

Касваллаун напал на Карадауга, скрытый чарами, он перебил его спутников, а мой сын умер от горя и ужаса при виде их смерти. Я был к тому времени мертв, сын Карадауга – младенец. Сын Бели провозгласил себя бренином Прайдена.

И как ты полагаешь, Марх, что сделал я, когда мой череп принесли в Каэр-Ллуд?

Я подтвердил права Касваллауна.

Я любил своего сына – но гораздо больше я люблю Прайден. Касваллаун – узурпатор, но он хороший правитель. Достойный. Умный. В меру жестокий. Как раз такой, какой и нужен этой стране.

Я не стал мстить за сына, Марх. Содеянного не исправить новыми смертями, а война между домом Ллира и домом Бели будет страшной бедой для Прайдена.

Запомни это, Жеребенок.