Жертва без лица

То есть в тот день, когда в газетах написали об убийстве Йоргена Польссона.

– Да, бессмысленно тратить силы на то, чтобы натянуть в саду массу колючей проволоки, а потом взять и уехать в Болгарию, – заметил Утес.

– Надо связаться с авиакомпаниями, – сказала Тувессон.

– Займусь этим завтра прямо с утра, – сказал Утес.

– Хорошо.

– Но, может быть, стоит как следует осмотреть дом? – спросил Фабиан.

– Разумеется, – сказала Тувессон, опустошив свой бокал. – Я только сначала должна связаться с Хегсель и получить ее разрешение.

– Кто еще, кроме меня, хочет добавки? – Утес поднял свой пустой бокал.

– Не откажусь от еще одного глотка, – ответила Тувессон и ушла с Утесом.

Фабиан не знал, смеяться ему или плакать. Вместо того чтобы вплотную заниматься делом и прорабатывать различные версии, они едят барбекю и выпивают.

– Что ты тут стоишь, погруженный в раздумья, – Лилья протянула ему открытую банку пива. – Пойдем, я кое-что тебе покажу.

– Да как-то страшно.

– Ты не обращай на Хампана внимания.

Он шутит. К тому же далеко от еды он не отойдет.

– Во всяком случае, как я понимаю, за последние несколько часов вы опять сблизились.

– Ну, это ты преувеличиваешь. По какой-то причине, не спрашивай почему, Муландер его тоже пригласил. Когда я сюда пришла, он был уже здесь. Но мне плевать, – она потянула Фабиана в дом и в подвал. – Если бы Муландер не был моим коллегой, я бы пришла в ужас, – она зажгла верхний свет, и только тогда Фабиан понял, что она имеет в виду.

Они оказались в комнате, доверху набитой полками, витринами и стеклянными прилавками, заставленными, в свою очередь, самыми разными предметами, разбитыми на группы. Настоящий музей коллекций. Фабиан вспомнил, что на острове Готланд кто-то открыл такой музей. Но собрание Муландера было более дорогостоящим и эффектным. И к тому же не таким разнородным, как на Готланде, где было все – от волшебных палочек до пишущих машинок. Здесь главенствовала одна тема: убийство.

Однако с целым рядом подрубрик, таких как «охота и рыбалка», «отравляющие вещества» и различные орудия преступления – начиная с огнестрельного оружия и кончая ножами и обыкновенными инструментами.

После более пристального осмотра Фабиан выделил рыболовство в отдельную главную рубрику наряду с убийством. Почти половина коллекции состояла из вещей, имеющих отношение к рыбной ловле. Там были блесны, удочки, сачки, сети и чучела рыб в больших количествах.