Правда о любви

Джерард был несколько удивлен ее ответом – оказывается, это не он делает ей одолжение, а она – ему!

Возможность ее отказа вынудила его вести себя немного иначе. Он поравнялся с ней и бросил осторожный взгляд в ее сторону. Абсолютно бесстрастное лицо, полуприкрытые глаза…

– Итак…

Она все-таки вынудила его задать простой вопрос:

– Вы будете мне позировать?

Жаклин снова остановилась и повернулась к нему. Впервые он ощутил, что видит не просто поверхность, а то, что за ней кроется. Что она позволяет ему почувствовать, кем на самом деле является и какой силой обладает.

Наверное, в этом и кроется причина ее хладнокровия, уверенности в себе, которые так редко можно обнаружить в молодых леди ее возраста…

– Сколько вам лет?

– А что? – опешила она. – Какое это имеет значение?

Джерард раздраженно поджал губы, но все же удостоил ее ответом:

– Мне необходимо узнать вас лучше, и тут имеет значение каждая мелочь. Я буду задавать вам множество вопросов, так что ничему не удивляйтесь.

Девушка поколебалась. Он почувствовал ее отчуждение и настороженность.

– Мне двадцать три, – бросила она и, вздернув подбородок, в свою очередь поинтересовалась: – А вам?

Он понял, что его стремятся отвлечь, но все же спокойно ответил:

– Двадцать девять.

– А на вид вы кажетесь гораздо старше, – удивилась девушка.

До чего же было трудно сохранять надменность, когда она так решительно игнорировала все приличия!

– Знаю.

Неброская элегантность, которую он впитал в окружении Кинстеров, заставляла его казаться куда более зрелым человеком.

– Вы тоже, – неожиданно признался он и при этом не солгал.

Она ответила мимолетной улыбкой, искренней, хотя и суховатой. Первой непринужденной улыбкой, которую он увидел. Увидел и воспылал желанием видеть как можно больше таких улыбок.

Они немного постояли, изучая друг друга, после чего он выдавил:

– Вы так и не ответили на мой вопрос.

Она немного помолчала.

Потом уголки ее губ медленно приподнялись. Развернувшись, она направилась обратно в гостиную.

– Если вы хотя бы наполовину такой художник, каким себя считаете… – она оглянулась, поймала его взгляд и снова устремилась вперед, – тогда да, я буду вам позировать. – До него донеслись ее последние слова: – Думаю, папа сделал хороший выбор.

Он смотрел ей вслед, прекрасно понимая замаскированный вызов, который она только что бросила.