Правда о любви

Есть ли выход из этого положения? Представить только, что Трегоннинг мог питать подобные подозрения в отношении родной дочери! А Жаклин?! Зная о планах отца, так покорно согласилась выполнить его желания?! Немыслимо! Как могла она смириться, признать резонность подобных подозрений?! Как могла спокойно принять известие о том, что он, совершенно чужой человек, имеет право судить ее? Как посмела она… они… возложить на него подобное бремя?

Джерард был в бешенстве, но все еще сдерживался. Мрачно уставясь в бледное лицо Каннингема, он кивнул:

– Прекрасно.

Поскольку лорд Трегоннинг не желает, чтобы я знал о его намерениях, лучше не сообщать ему о нашем разговоре.

Адамово яблоко Каннингема чуть дернулось.

– Как пожелаете, – кивнул он.

– Предлагаю забыть, что этот разговор вообще имел место. И я… – он снова подчеркнуто глянул в конец террасы, – я сделаю то же самое.

Каннингем с очередным нервным кивком повернулся и направился в гостиную. Выждав немного, Джерард последовал за ним.

Остановился на пороге и отыскал взглядом Жаклин Трегоннинг.

Ему не терпелось вернуться в Хеллбор-Холл.

Глава 5

Званый ужин подходил к концу. Джерард и Барнаби вместе с Миллисент и присмиревшим Митчелом поблагодарили хозяев и покинули Тресдейл-Мэнор, отправившись домой в старомодном экипаже лорда Трегоннинга. Расстояние было невелико: Тресдейл-Мэнор стоял по соседству, но поскольку тяжелую карету тянули только две лошади, дорога заняла почти полчаса.

Джерард сидел рядом с Барнаби и напротив Жаклин.

Ее колени, прикрытые тонким шелком, при каждом толчке легонько касались его ног. Но не это лишало ее равновесия, а его неотрывный взгляд. Он понимал, что ей неловко, но сейчас это не имело ровно никакого значения. Джерарду требовались ответы на бесчисленные вопросы, и она знала самые важные.

«Именно то, что нужно мне… моему отцу…»

Она знала; он хотел услышать это из ее уст.

Они добрались до дома, вошли в холл и остановились, чтобы пожелать друг другу спокойной ночи.

Джерард склонился над рукой Жаклин, сжал, поймал ее взгляд и отступил. Она не знала, что он задумал, но по крайней мере теперь будет настороже.

Взгляд, которым она ответила ему, прежде чем подняться наверх вслед за Миллисент, подтвердил это.

Митчел кивнул Джордану и Барнаби и быстро зашагал по коридору. Приятели последовали примеру дам. Галерея, начинавшаяся от верхней площадки, превратилась в смешение лунного света и теней.