Правда о любви

Не выпуская ее руки, Джерард повел девушку к скамейке, дождался, пока она усядется, и сам сел рядом. Подался вперед, опершись локтем о колено, чтобы лучше видеть ее лицо, и стал ждать.

Его близость невероятно ее смущала, но Жаклин, игнорируя постыдную слабость, деликатно откашлялась.

– Отец… вы должны признать, что он в сложном положении. Он горячо любил мою мать: она воистину была светом его жизни. Когда она умерла, свет погас, и он потерял… потерял все связи с миром. В этом смысле он зависел от нее, и теперь ему вдвойне труднее смириться с ударом судьбы.

Жаклин чуть помедлила, чтобы собраться с мыслями.

– Мы с матерью прекрасно ладили. В некотором отношении я больше похожа на нее, чем на папу: не чураюсь развлечений, балов и вечеринок. Но мама ими жила. Развлечения были частью ее существования. И я с удовольствием участвовала в них. Но во мне есть много и от отца – я спокойно могу обходиться без шума и веселья. А вот маму тишина и бездействие сводили с ума.

Легкая улыбка заиграла на ее губах при дорогих сердцу воспоминаниях.

– Она была в восторге, когда Томас Энтуистл стал наносить нам визиты. Он сын сэра Харви Энтуистла, и, полагаю, его можно назвать моим поклонником. Мы собирались обвенчаться, решили объявить о помолвке… но тут Томас исчез. Мама очень расстроилась Я, разумеется, тоже. Но потом она посчитала, что мои неосторожные слова могли охладить чувства Томаса и побудить его уехать из страны. Это стало началом…

Она нахмурилась, опустила глаза и пожала плечами.

– Это стало началом растущего отчуждения. Никакой ссоры, просто она почему-то ко мне охладела. Я так и не поняла, что случилось. Возможно, со временем… но потом…

Она судорожно вздохнула, подняла голову и уставилась прямо перед собой.

– В тот день она поздно спустилась к завтраку… папа уже ушел в кабинет. Входя в столовую, она столкнулась с Митчелом. Потом он уверял, будто она выглядела так, словно не спала всю ночь. Видите ли, моя мать была красавицей, но малейшее недомогание сразу отражалось на ее лице.

Я спросила, что случилось, но она поспешно ответила, что все в порядке. Очевидно, хотела, чтобы я не обращала внимания на ее состояние, поэтому я не настаивала. И вдруг она увидела, что на мне амазонка. Помню, как она смотрела на меня… вернее, на амазонку… это было так странно! Мама видела ее много раз, сама купила мне этот наряд, но в то утро воззрилась на него с такой брезгливостью… как на грязную кухонную тряпку.