Стон и шепот

Не должно быть так!

Мне хотелось плакать еще больше, но уже от отвращения к себе. Этот мужчина – беспринципный моральный урод, но стоило ему коснуться меня совсем иначе, без боли и угроз, как тело начало реагировать, а память подбрасывать картинки-вспышки воспоминаний о той ночи, в которых я металась по кровати, сходя с ума от наслаждения.

– Женское тело – это инструмент, – тихо выдохнул Руслан, зарываясь носом в мои волосы. – Если струны не натянуты, то мелодии не получится.

Я закрыла глаза и постаралась забыться, отстраниться от него хотя бы мысленно, но Руслан тихо рассмеялся, отчего у меня по телу прошла дрожь, и добавил:

– Вот что я сейчас делаю с тобой.

Настраиваю… Подкручиваю колки, пробую разные аккорды и жду, когда же ты зазвучишь.

Он медленно, напоказ облизал свои пальцы, и я неудержимо покраснела от этого пошлого зрелища, а Руслан провел рукой вниз по моему телу, оставляя влажную дорожку на коже, пока не достиг судорожно сжатых бедер.

– Раздвинь.

Я сжала еще сильнее, с вызовом глядя на него, и потрясенно распахнула глаза, так как вторая рука мужчины провела между половинок ягодиц, а, остановившись на середине, он скривил губы в усмешке и сказал:

– А здесь мне тебя просить не придется. Так что снова выбор за тобой, Ева-а-а…

– Ненавижу-у-у… – в бессильной злости прошипела я и, зажмурившись, чуть расслабила ноги. Он сам развел их в стороны и вдруг опустился вниз, жадно глядя на открывшуюся картину.

Тихо пискнув, я попыталась было свести колени обратно, но он не позволил, да еще и укусил за внутреннюю часть бедра.

– Сиди, девочка… Какая же ты красивая. Даже здесь.

Он подался вперед и коснулся губами судорожно вздрагивающего живота, проложил цепочку поцелуев до пупка, а после спустился ниже и медленно, с оттяжкой лизнул.

Я с отчаянием ловила себя на ощущении, что соски твердеют, а между ног, как раз там, где он ласкал, становилось тепло и влажно.

Это было неправильно! Преступно!

Я сгорала от адской смеси стыда, ненависти к этому человеку и просыпающегося вожделения. Он искусно касался, как музыкант гитары, беря все новые и новые баррэ, а я… звучала. Вздыхала, прикусывая губы, чтобы не стонать. Откинув голову назад, цеплялась руками за крышку рояля…

Внезапно он осторожно проник пальцами в самую сердцевину, из-за чего меня с громким стоном выгнуло.