Богатые тоже мёрзнут

Сколько бы ни продлился наш роман, нужно будет проследить за тем, чтобы у нее появились хотя бы шубка и нормальные сапоги.

Добрый я, не так ли?

Глава 3

Алиса Селезневская

Я согласилась на обед с ним. С ненавистным мне типом, решившим уничтожить океанариум и всех его обитателей ради собственного обогащения.

Бросив взгляд из-под ресниц на Данилу Ворошилова, снова подумала, что его образ далек от того, что уже нарисовался в моей голове.

Надо же, Стрелов… Стрельцов… Как глупо я попалась!

Гоша чуть не умер в ту ночь, отравившись какой-то дрянью, когда мы с главным (как оказалось) злодеем мило проводили время в клубе «Зевс».

Но откуда мне было знать?! Да никто в здравом уме не догадался бы… Только вот мой ум был замутнен спиртными напитками, усердно навязанными парнем, способным разрушить привычную жизнь, окончательно превратив ее в ад.

– Ты такая хмурая. – Данила открыл для меня дверь роскошного черного авто, и я снова остановилась в сомнениях. Как же не хотелось ехать с ним! Кто бы только знал, как я мечтала вернуться в океанариум и просто побыть рядом со своим питомцем.

Но Ворошилов чего-то хотел от меня, намекал, что я смогла бы воздействовать на его решение. Дурой я себя никогда не считала и, анализируя это, пока еще не высказанное, предложение, понимала, что именно он потребует. Секс. Данила, привыкший получать все, что хочет, не закончил начатое со мной, вот и… Или нет? Врожденная неуверенность в себе мрачно нашептывала: мол, на такую, как ты, он никогда бы не позарился, ему нужно что-то иное.

Но что? Старый дом, стоящий на пятнадцати сотках земли? Больше у меня ничего не было…

Тихо, я бы даже сказала, мягко закрылась соседняя дверь, Ворошилов уселся на место водителя, поелозил на кожаном сиденье и снова уставился на меня.

– Ты не замерзла? – Он потянулся к какой-то кнопке с моей стороны, касаясь меня локтем через куртку. Я вздрогнула и отодвинулась. – Это всего лишь печка, Алиса. Не надо так реагировать. Я же не кусаюсь.

Данила примирительно улыбнулся, обнажая идеально ровные зубы и явно намекая, что кусаюсь здесь только я.

А у меня аж скулы свело от этой «типа вежливости». Потому что я не дура, а он – подлая сволочь! Но… сказать подобное стало бы фатальной ошибкой. Я не имела морального права сейчас поддаться ненависти, даже не попробовав узнать, чего он хочет.

– Мне нездоровится, – ответила, стараясь говорить спокойно. – Всю ночь пришлось провести в бассейне и отпаивать Гошу лекарствами.