Богатые тоже мёрзнут

Именно для этого и существуют мужчины, не так ли?

Чего мне стоило не расхохотаться в голос, знал только Боженька! Но я лишь невнятно хмыкнула и со скрытым ехидством уточнила:

– То есть вы доблестно решите проблемы, которые сами же и организовали?

– Да, малость каламбурненько получилось, – признался Данила, но ирония ситуации его ничуть не смутила. – Но будем реалистами: не я, так кто-либо другой выкупил бы это место. Слишком лакомый кусочек. У тебя же появляется возможность все разрулить самым благоприятным образом.

На самом пике беседы вновь появилась официантка и поставила передо мной салат, состоящий из странной травы и полутора помидор черри, а напротив Ворошилова опустила насаженных на шпажки креветок.

– Люблю морепродукты, – зависнув над едой с довольным видом, поделился Данила. – А ты?

А что я? Морепродукты я видела в двух видах – замороженных в супермаркете и живых в океанариуме. В первом случае я не могла их попробовать из-за астрономической цены.

– А я не ела, – совершенно честно призналась в ответ и ткнула в черри вилкой, как в личного врага.

– О, тогда это надо исправить. Я сейчас зака…

– Нет! – мотнула я головой. – Вернемся к главной теме нашей беседы. А если я откажусь принять ваши ухаживания?

– Я сначала расстроюсь, – совершенно серьезно поведал мужчина и аккуратно съел первую креветку. – А потом буду настаивать.

– Так же, как и здание выкупали? – я очень прозрачно намекнула на некрасивые методы.

– Алиса-Алиса… – На меня крайне осуждающе покосились и даже отложили любимые морепродукты.

 – Что же ты постоянно о плохом думаешь? Я тебе сказал или сделал что-то нехорошее? Нет. Я тебя заставляю со мной спать? Тоже нет. Я проявляю внимание? Да, но разве это карается? Плюс, будем объективны, вчера вечером ты очень ярко демонстрировала взаимность.

Я мучительно покраснела в ответ на эти пошлые намеки и не нашла ничего лучше, как уделить внимание салату, параллельно возвращая себе самообладание.

– Это ничего не значит.

– Разумеется, – горячо поддержал меня Ворошилов, у которого, кажется, на любую мою фразу был готов контраргумент.

 – Именно поэтому я предлагаю нам познакомиться поближе.

Я честно пыталась донести до него мысль, что не желаю этого делать, но Данила был упрям, как бык, и пытался общаться, несмотря на мое сопротивление.

Обед стал пыткой. Ворошилов разговаривал, а на любые мои попытки перевести беседу в нужное русло, то есть к океанариуму, реагировал, как последняя речная гадина.