Ритм наших сердец

– Да… – произнесла я, повторяя его движение. Боже, из нас получились бы два отличных пингвина.

Итан вздохнул и провел рукой по волосам. Потом повернулся ко мне и устало улыбнулся. Под его глазами залегли тени. Они не исчезли после прошедшей ночи, и мы оба знали, что в этом виноват не алкоголь.

– Хорошо, Саммер, – тихо сказал он и, прежде чем я успела продолжить, заключил меня в крепкие объятия и зарылся носом в изгиб моей шеи. – Я приеду к тебе в гости. Обещаю, – прошептал он.

Некоторое время я колебалась, но потом закрыла глаза и сжала его в объятиях так крепко, как только могла.

– Буду с нетерпением ждать этого, – прошептала я в ответ, чувствуя, как дрожат руки Итана у меня на спине.

– Прости, – проговорил он, отстранился от меня и исчез в толпе.

Я неподвижно уставилась ему вслед, ощущая себя самым отвратительным человеком во всем мире.

– И ты меня прости, – прошептала я, – за все.

Потом медленно добрела до очереди на рейс до Нью-Йорка и протянула посадочный талон довольно задерганной стюардессе.

Она лишь торопливо махнула мне рукой. Пока я проходила по телескопическому трапу в самолет, слушала, как каблуки моих туфель стучат в такт ударам сердца. Когда искала свое место – как шелестят моя юбка до колен и простая белая блузка. В салоне уже скопилось столько народу, что, казалось, он вскоре лопнет по швам. К счастью, я забронировала билет в первый класс.

Полет займет почти пять часов, и я испытаю истинное удовольствие, когда наконец выберусь из этого тесного, шумного жестяного ящика.

Хотя я и не особо боюсь летать, но от давления на уши у меня немного кружится голова, и я на несколько часов остаюсь дезориентированной. Увы, мои слуховые проходы самые настоящие стервозные недотроги.

Сложная девушка со сложными чувствами и сложными ушами.

Наконец я нашла свое место. Здесь, в первом классе, имелось всего два кресла в ряду, и у прохода уже кто-то сидел. Судя по всему, это был парень, но я не сумела разглядеть его лицо под кепкой и черным капюшоном над ней.

Просто гигантские наушники почти герметично закрывали его голову. И, к сожалению, он так раскинул свои длинные ноги, что мне пришлось бы перелезть через него, чтобы занять свое место.

– Извините, – сказала я, – вы не позволите мне пройти?

Парень даже не пошевелился, и когда я попыталась заглянуть ему в лицо, увидела, что он еще и в темных очках, так что из-под кепки выглядывал только бледный подбородок.