Дорогой скорби: «Долиною смертной тени»

Он сделал шаг вперёд и

– Учитель, – почтенно склонил голову эльф. – Куда вы ходили?

– Посмотреть, что в городе творится, с людьми поговорить, да узнать, что творится в граде сем.

– И что же тут мутиться? – спросил гоблин. – Кого будем мочить?

– Никого, – сдержанно ответил Варкут’нель-Гайн. – Царь этого града впал в ересь поклонения Ильгамешу, и того, кто стоит за ним. Нужно с ним потолковать, убедить, чтобы он отстранился от этого, чтобы вернуть народ к вере истинной.

– Понимаю, – согласился Азариэль, только эльф не совсем полностью разделяет мотивов учителя; парень уже сталкивался с тьмой, уже воевал с ней и знает, к чему может привести эта зараза; Далёкие образы сражений с Люцием дают знать, что будет, если оставить всё это.

Ради этого мира, ради того, чтобы он сохранился Азариэль готов идти до конца. Он уже ощутил милость Единого к нему, когда парень пришёл побитый и душевно-израненный в тот «дом» на юге Коловии.

– Что ж, учитель, вы правы. Если оставить это, то мы можем получить центр даэдрапоклонничества.

– А зачем нам всё это? – раздался голос Крога. – Балакать ещё с кем-то? Найти нужных да набить им мордахи, чтобы неповадно было. Чего с верой-то таскаться?

– А затем, что только царь, без вмешательства Империи, может разобраться с ильгаметянами, – пояснил Азариэль.

– Крог, раньше в древние доалессианские времена Коловия и прилегающие к ней территории были регионом, который уступал по ревности служения Единому, только восточному и центральному Сиродилу во времена Империи Алессии.

И место, на котором вырос этот город, не исключение, – раздались тяжёлые речи Варкут’нель-Гайна. – Потом, когда орден Алессии пал, народ впал в поклонение множеству богов, отвратившись от Единого.

– Ладно-ладно, я только спросил. Чего пафоса столько наводить? – гоблин сложил лапы на груди и задрал голову. – Ну что, когда начинаем?

– Во дворец? – Азариэль обратился к учителю.

– Да, пойдём.

Трое поспешили покинуть таверну, заперев комнату и проплатив её ещё на одни сутки. Там, за пределами прохлады заведения Азариэль встретился с тёплым ветром этих мест, ступил на чёрно-серую плитку и узрел славу города днём.

– И куда нам топать? – возмутился гоблин.

– Идёмте, – повёл их за собой Варкут’нель-Гайн. – Я покажу дорогу.

Азариэль и гоблин пошли за фигурой в тканевой одежде, которая слегка поддаётся ветру и вьётся под его напором.