Вспомни меня

Я подползаю ближе, пробираюсь мимо трейлера, склонившись как можно ниже, когда покидаю безопасное укрытие в виде припаркованных машин и вхожу в темную часть пустыни, которая ведет прямиком к шахтам. В обычный вечер эта дорожка была бы ярко освещена, здесь бы кипела деятельность: ездили бы грузовики, вывозя «добытые за день породы». Однако ввиду позднего времени пространство выглядит бескрайним. Почти зловещим. Когда я нахожусь достаточно близко, чтобы услышать, о чем говорят, прячусь в зарослях растений. Фургон уже менее чем в десятках метрах от меня, но я по-прежнему в тени, так как свет из окна не достигает меня.

И к тому же я надеюсь, что темная одежда и скрывшаяся луна помогут мне остаться незамеченной.

Мэр все также стоит в солнечных очках. Освещение, подсвечивающее неровный вход в шахту, отбрасывает тени на лица очевидцев происходящего, поэтому сложно понять их точные выражения лица. Но насколько мне кажется, они выглядят напуганными.

– …усилия не останутся без вознаграждения. – Мэр поднимает край шляпы и вытирает лоб.

 – Это всего лишь мера предосторожности.

Он движением указывает на крупных мужчин, стоящих рядом с ним, в тот момент, когда они оба делают шаг вперед. Именно в этот момент я замечаю, что у них ружья с черными плечевыми ремнями. Все это выглядит так, словно они сейчас пойдут в бой.

Боже мой.

Словно отрепетированным движением, двое мужчин одновременно поднимают стволы ружей и направляют их в сторону людей. Один мужчина пригибается. Некоторые люди отпрыгивают назад, протягивая руки в защитном жесте.

Другие кричат или закрывают лица, словно ладони смогут их спрятать от оружия. Я отчаянно хватаю ртом воздух, затем приседаю еще ниже, прячась за растениями на случай, если меня кто-то услышал. Мои руки дрожат так сильно, что я роняю фонарик на землю. Пока он катится, в воздух поднимается облако пыли. Какого черта здесь происходит?

– Не нужно паниковать, – поясняет следом мэр. – Просто делайте так, как вам сказали, и никто не пострадает.

Понятно? Еще раз повторяю, это всего лишь мера предосторожности. – Затем он поворачивается к другому человеку, стоящему в стороне.

Моему отцу.

Мэр смотрит на него выжидательно, и отец плетется вперед: его плечи опущены, своими пальцами он массирует морщинку между бровей. Затем, не произнося ни слова, хватает руку первого человека в очереди. Отец стоит ко мне спиной, но мне не нужно видеть его лицо, чтобы понять, что он говорит полному ужаса человеку.