Сады Луны

– Когда я в прошлый раз поднялся на этот холм, – произнес сержант и нахмурился, – там обнаружились лишь пустые доспехи. И полтора мага. – Он некоторое время помолчал, а потом вздохнул. – Продолжай, капрал.

Калам кивнул.

– Я потянул за кое-какие старые ниточки, – сказал он, щурясь на резкий утренний свет. – Кто-то наверху явно решил от нас избавиться. Может, придворные, а может, аристократы воду мутят: говорят, они снова взялись за свое и ведут закулисную борьбу. – Он поморщился. – А теперь сюда еще прислали из Унты новенького капитана, который наверняка спит и видит, как бы нам всем тут глотки перерезать.

Четыре капитана сменилось за три года, и хоть бы один попался толковый.

Быстрый Бен стоял в десяти футах от них на гребне холма, скрестив на груди руки. Теперь он заговорил:

– Ты слышал, в чем заключается наш план. Ну же, Скворец, решайся. Неужели не ясно, что этого парня принесло к нам потоком из самого дворца, и…

– Тихо, – буркнул Скворец. – Не мешай мне думать.

Калам и Быстрый Бен обменялись взглядами.

Прошла долгая минута. На дороге внизу военные обозы катились к городу. Остатки Пятой и Шестой армий, потрепанные, почти сломленные Каладаном Брудом и Багровой гвардией. Скворец покачал головой. Не понесли потерь лишь моранты, но они были твердо настроены бросать в бой только отряды черных, а зеленых использовать исключительно для транспортировки. А где же, Худ их дери, золотые моранты, о которых он столько слышал? Да будь они прокляты, эти нелюди-ублюдки! Да после того их «часа отмщения» сточные канавы в Крепи до сих пор были до краев полны крови.

Когда похоронные команды закончат свою работу, под стенами города вырастет несколько курганов. Огромных братских могил.

Но тринадцать сотен погибших сжигателей мостов не удостоятся и такой чести. Они остались под землей, когда обрушились тоннели. Червям не придется далеко ползти, чтобы полакомиться их трупами. Холод пробирал сержанта до костей, когда он думал о том, что, кроме нескольких выживших соратников, никто палец о палец не ударил, чтобы их спасти.

Какой-то мелкий штабной чин прибыл сюда, чтобы передать соболезнования Тайскренна по поводу погибших при исполнении своих обязанностей, а потом выгрузил целую телегу всякой требухи, болтал про героизм и самопожертвование. Тридцать девять солдат выслушали его безмолвно, с каменными лицами. Через два часа приезжего офицера нашли мертвым в собственной комнате: его задушили, причем весьма ловко и профессионально.