Тьма, – и больше ничего (сборник)

– Тогда зачем? Или вы считаете, что в Омахе более вкусное мороженое? Потому он и поехал именно туда?

– Я считаю, он поехал на поиски матери. Думаю, она, возможно, как-то связалась с ним.

Мои слова заставили шерифа замолчать на добрых десять секунд. Этого ему хватило, чтобы вновь вытереть лоб и пригладить волосы.

– Как она смогла это сделать? – наконец спросил он.

– Я предполагаю, письмом. – «Бакалея» в Хемингфорд- Хоуме служила также и почтовым отделением, куда приходили письма. – В магазине могли передать Генри письмо, когда он зашел туда за сладостями или пакетиком орешков, как он часто делает, возвращаясь из школы.

Я не знаю этого наверняка, шериф, как и не знаю, почему, появляясь здесь, вы ведете себя так, будто я совершил преступление. Это не я накачал ее.

– Не надо так говорить о хорошей девочке.

– Может, и не надо, но для меня случившееся стало таким же сюрпризом, как и для Коттери, а теперь моего мальчика нет. Харлан и Салли по крайней мере знают, где сейчас их дочь.

Вновь мои слова поставили его в тупик.

Достав из заднего кармана брюк маленький блокнот, он что-то записал. Убрав блокнот, спросил:

– Но вы не можете с уверенностью утверждать, что ваша жена связывалась с ним… Это вы мне говорите? Речь всего лишь о предположении?

– Генри часто вспоминал о матери после ее отъезда, а потом перестал. И сейчас я знаю, что он не появился там, куда Харлан и его жена отвезли Шеннон. – Это меня удивляло ничуть не меньше, чем шерифа Джонса… но и радовало. – И что мы получим, если сложить два и два?

– Не знаю.

 – Джонс хмурился. – Действительно, не знаю. Я думал, что во всем разобрался, но я ошибался и раньше, так? Да, и еще буду ошибаться. Мы все ошибаемся, вот что говорит Книга. Но, Бог свидетель, дети усложняют мне жизнь. Если ваш сын свяжется с вами, Уилфред, предложите ему вернуться домой и держаться подальше от Шеннон, пусть он и знает, где она. Она не захочет его видеть, это я гарантирую. Хорошая новость – обошлось без пожара в прериях и мы не можем арестовать его за кражу грузовика собственного отца.

– Не можете, – мрачно согласился я. – Вы не заставите меня обвинить его в чем-либо.

– Но!.. – Шериф поднял палец, напомнив мне мистера Стоппенхаузера из банка. – Тремя днями раньше, на окраине Лайм-Биска, неподалеку от места, где нашли грузовик, кто-то ограбил бакалейную лавку и заправочную станцию, с девочкой в синем чепчике на вывеске. Взяли двадцать три доллара. Сообщение об этом лежит на моем столе.