Воспламеняющая взглядом

В любом случае всего половина шансов, что ты попадешь в подконтрольную группу. Двести монет за вливание воды. И даже, имей в виду, не водопроводной. Дистиллированной.

– Можешь устроить?

– Я ухаживаю за одной ассистенткой-выпускницей Уэнлесса, – сказал Квинси. – Они собрали около пятидесяти желающих, в большинстве это те, кто хочет выслужиться перед Сумасшедшим доктором…

– Перестань его так называть, пожалуйста.

– Тогда Уэнлессом, – засмеялся Квинси. – Он лично контролирует отсев лизоблюдов. Моя девочка проследит, чтобы твое заявление попало в нужную папку.

А дальше, дорогой, разбирайся сам.

Энди подал заявление, когда на доске объявлений в отделении психологии появился призыв к добровольцам. Неделю спустя молодая ассистентка (приятельница Квинси, как понял Энди) позвонила ему по телефону и задала несколько вопросов. Он ответил ей, что его родители умерли, что у него нулевая группа крови, что он никогда не участвовал в экспериментах отделения психологии, что он в настоящее время действительно является студентом-выпускником в Гаррисоне, для точности – выпускник 69-го года.

Разумеется, ему уже больше двадцати одного и он юридически правомочен вступать в любые соглашения с государственными организациями и частными лицами.

Неделей позже по внутренней почте он получил письмо с сообщением о приеме и предложением подписать анкету. «Пожалуйста, занесите подписанную анкету шестого мая в кабинет номер 100».

И вот он там, анкета вручена, истребитель сигарет Уэнлесс ушел (он и вправду смахивает на сумасшедшего доктора в фильме о Циклопе), вместе с одиннадцатью другими выпускниками он отвечает на вопросы о своих религиозных убеждениях.

Не страдал ли он эпилепсией? Нет. Отец умер внезапно от инфаркта, когда Энди было одиннадцать лет. Мать погибла в автомобильной катастрофе, когда ему было семнадцать, – жуткое, мучительное воспоминание. Единственной близкой родственницей осталась сестра матери тетя Кора; она уже в годах.

Отвечая НЕТ, НЕТ, НЕТ, он двигался вниз по колонке с вопросами.

Только на один вопрос ответил ДА. «Были ли у вас когда-нибудь переломы или серьезные растяжения связок? Если ДА, уточните». В нужной графе он нацарапал, что сломал кость левой лодыжки, играя в бейсбол двенадцать лет назад.

Он просматривал свои ответы, двигая кончиком шариковой ручки вверх. В этот момент кто-то дотронулся до его плеча и девичий голос, мягкий, с небольшой хрипотцой, спросил: «Не дадите ли ручку, если освободилась? В моей кончилась паста».