Доктор Кто. День Доктора

Корабль выл и стонал, главный коридор изгибался и извивался – все равно что бежать по беснующейся змее. Повсюду воняло плавленым металлом, Касс чувствовала жар раскаленного пола через ботинки. Ее капсула сна была объята огнем, и все ее личные вещи сгорели.

– Куда мы бежим? – едва сумела выговорить она.

– На корму корабля!

– Зачем?

– Затем, что нос разобьется раньше, догадаться нетрудно!

Это шутка? Он пошутил? Этот человек тратил драгоценное время на шутки? И откуда он вообще взялся? Но постойте-ка, если он как-то сумел попасть на корабль, значит, и знал, как с него сбежать? Касс ощутила опасный прилив надежды.

И в этот самый миг остальная часть коридора с лязгом исчезла прямо у них на глазах. Тяжелая взрывозащитная дверь возникла перед ними, отрезав путь, и Касс Фермацци наконец поняла, что скоро погибнет.

– Ну вот зачем, зачем так делать? – услышала она бормотание мужчины. Но казалось, он лишь слегка сердит, как человек, пытающийся уговорить мыло в ванной перестать выскальзывать из рук.

– Аварийные протоколы, – объяснила Касс, будто это еще имело какое-то значение.

В руках мужчины возник серебристый жужжащий стержень, который он направил на дверь.

– Как вас зовут? – спросил он.

Еще и беседу завести решил? Неужели он всерьез полагал, что она не прочь поболтать?

– Касс. – Мда, видимо, она и впрямь была не прочь.

– Вы слишком молоды для службы на боевом корабле, Касс.

Нет, рассказывать ему историю своей жизни она точно не станет, не время.

– Хотела повидать Вселенную.

Неужели всегда так? – Да с чего она вообще решила поддержать разговор?

– Если повезет. – Он улыбнулся, и дверь распахнулась. Касс едва успела удивиться, как это вышло, когда он снова схватил ее за руку. Они бросились дальше и остановились перед…

Что это было такое?

Нечто похожее на высокий синий деревянный ящик с панелями и решетчатыми окнами. Как ни странно, сверху над дверьми были слова «Полицейская телефонная будка», а на крыше – неужели фонарик? Но это было еще не все.

Касс никогда прежде не видела эту будку, но та что-то пробудила у нее в душе, может быть, родовую память. Даже новорожденный ребенок знает, что солнечный свет нужно любить, а бури – бояться, и с той же самой первобытной уверенностью Касс знала, что воплощает собой эта потрепанная синяя коробка. Для нее и для каждого. Это было чистое зло.

А он тянул Касс за собой, к ней. Касс машинально отшатнулась.

– Все хорошо, – сказал мужчина, подходя к синим дверям.