Молчание костей

И до всех этих событий тамошние жители не очень-то жаловали финансовые учреждения, а теперь и подавно не любят их. Что еще лучше, Тревенца-Рич всегда привечал экипажи частных агентов, предпочитая иметь дело с ними, а не с картелями, работающими на банки. Там не захотят связываться с эскадрой, а вас выслушают с сочувствием. Вас действительно выслушают, вот что я хочу сказать, – внимательнее, чем где-либо еще в Собрании. И как только вы поведаете свою историю, у других миров не будет выбора – им придется учитывать случившееся с вами.

– И мы будем жить долго и счастливо, – ухмыльнулась Коссел.

– Я не говорю, что на этом пути не будет препятствий, – вздохнула Фура, – Но мы с ними разберемся по ходу дела. – Она отпустила пистоль, позволив ему парить над ладонью, и понаблюдала за тем, как незримая сила развернула монету аверсом к Старому Солнцу. Затем снова сжала кругляш в кулаке и улыбнулась собравшимся. – А пока сойдемся хотя бы на том, что в наших общих интересах добраться до Тревенца-Рич.

– Расскажи-ка о пассажире, – попросил Ласлинг.

Один за другим члены команды «Веселой кобылы» ходили посмотреть на Того Самого Щелкуна. Адрана охотно привела бы их всех сразу, но Фура не согласилась принимать в каюте сестер больше одного посетителя зараз, по крайней мере до тех пор, пока не будет твердо уверена в их лояльности.

– Он приехал с нами из Малграсена, – сказала Адрана, положив ладонь на гибернационный ящик. – Там нуждался в срочной эвакуации, потому что нажил врагов – очень серьезных врагов, и не только из соплеменников.

Настала очередь Рутера. Парнишка опустился на колени рядом с ящиком, и Адрана позволила ему осмотреть внешний корпус, включая часть, поврежденную мозаичниками.

– Как он умудрился нажить себе врагов, капитан Несс? Я думал, эти инопланетяне друг с другом неразлейвода.

Этот вопрос в той или иной форме задавали все.

– Мы не успели поговорить обстоятельно, прежде чем он улегся в ящик. Но, вероятно, это связано с тем, как устроен наш мир.

– Тогда следует разбудить его и спросить.

Адрана улыбнулась наивности мальчика. Он явно был моложе ее на считаные годы и, возможно, начал карьеру космоплавателя гораздо раньше. Но между ними простиралась бездна житейского опыта, куда более холодная и неодолимая, чем расстояние между мирами.