Увеличение

– Видишь, друг, – обратился уже ко мне Най. Хотя я не помню, когда мы с ним сдружились, чтобы он считал меня другом, – приходится работать вдвоем – один вряд ли упомнит столько информации.

Мы двигались быстро, я даже по сторонам не очень-то смотрел – живые, здоровые и покалеченные, все зализывали свои раны. Те, кто оставался под куполом, выглядели здоровыми. Те, кто едва дышали или, задыхаясь, умирали на глазах, явно пришли с поля боя. Я так же заметил дома недвижимых – рвы вокруг них пенились, а они кричали:

– Силенсия, ты великолепна!

На эти слова из крайнего дома показалась такая же розовощекая, смеющаяся женщина, конечно же, с белыми кудряшками и розовыми губами, которая добрым голосом отнекивалась:

– Дорогие, да вы сами можете делать то же самое! Ваш разрушитель еще лучшего качества, вы бы справились и без меня.

Она, видимо, тоже была из неподвижных – жила рядом с ними, а еще умудрялась помогать. Да еще, похоже, тем, кто справился бы и без нее.

– Но ты помогла нам! – кричали они.

 – Ты поделилась с нами своим разрушителем, а копатели защитили нас им!

– Я лишь хотела, что мы все были в большей безопасности!

И они смеялись, смеялись…

Выглядело жутко.

Хорошо, что мы быстро оказались у работы Дру. Пока гонцы разговаривали с ней, и она расписывала стену, я ждал снаружи. Не хотел больше лицезреть ее скучное занятие, а потому решил потратить время более рационально.

Подумать.

Если с врагами было предельно ясно, то с Войной оставались вопросы. Неужели при каждой атаке я буду вынужден стоять неподвижно? Неужели мне придется тратить силы на купол, который, в общем-то, нужен всем, кроме меня.

Я понимал, что и я, и Дед, и Отто вполне могли бы держать купол лишь над собой, или попробовать другие способы выживания. Держу пари, я бы тоже смог создать разрушитель. Или же уснуть, как тот старина. Хотя нет, может быть, уснуть не смог бы – сна не было ни в одном глазу.

И тут я снова вспомнил Дру. Ей была нужна помощь?

Я сомневался. Она выглядела сильной и здоровой.

И какой-то воздушной. Не знаю, почему меня тянуло к ней. У нас, в общем-то, не принято находить пару – мы не нуждаемся в этом. Но в ней я почувствовал родство душ, не иначе, поэтому она стала для меня важной. Судьба? Проведение? Я просто знал, что должен быть неподалеку от нее, потому что только в ней был смысл. И это не было продиктовано инстинктами – это было тяготение другого уровня.

Мне нравился ее смех. Мне нравился ее юмор.