Общество забытых поэтов. Роман в драме

Конечно, был бы я не против, но знаем, кто сейчас, немало времени заняв, должен лиру в руки взять. (Все смотрят на Августа.)

Август. Ну хорошо, хищники! (Весело взял банан, пока ел, постепенно терял весёлость, затем лениво налил себе чуть-чуть, но отложил бокал.) Есть… знаете, есть кое-что у меня новое, необычное, для меня то непривычное.

Лоренцо. Неужели ей посвящено? Той, о которой говорил нам. (Август кивнул, глядя в сторону.)

Генрих. Мы будем рады.

Август (испил вина). Не судите строго.

Стих

Милая, пред глазами вечно ты:

Порхаешь, меня ты освежая;

Молвишь: «Отвернись, я же нагая!»,

«Верь же: мне лишь твои глаза видны».

Пух твоими крыльями сдуваем:

«Утихомирь ты свои силы!

Видишь, что от них страдаем

Вместе мы: я, ростки да нивы?»

Нет ответа. Твой жестокий стих,

Что спела, ветру угождая,

Пухом породил твой милый чих,

Что переведён как «Чиста я».

Знаю, что из нас лишь ты чиста

И творится зло из-за меня —

Покинуть блаженные места,

Что покинул пух, моя родня.

«Дай мне перо из твоего крыла.

Меня, поэта, муза позвала».

Вызывает перо ужас и дрожь:

Оторвав, превратила его в нож.

«Хоть твой извечно нож заточен,

Моей лишь крови тем алкая,

Но он в твоей руке не прочен —

Дай, сам я сделаю, родная».

(Все ему похлопали.)

Лоренцо. Брат, это прекрасно!

Генрих. И грустно.

Якопо. Зато я верю в его грусть.

Вильгельм. Каждый раз чем-то новым поражаешь.

Август. Благодарю. Но без лишних похвал, ведь любой из вас с лёгкостью нагреет своё поэтическое слово намного больше. И докажет это благородный Генрих. (Генрих встаёт, а Август садится на своё место.)

Генрих. Зря такие строишь ожидания: как бы теперь братьев мне не разочаровать. Но так и быть, попробую. И раз уж ты показал хороший пример любовной лирики, то за тобой я повторю.

Стих

Милая, кто б ты ни была,

Давай с тобой поговорим:

К тебе моя любовь мала?!

Тогда мы Нашу сотворим!

Нет, мой друг.

С другой стороны зайдём.

Мы познакомимся сначала:

Но без имён – пустое!

Души моей ты опахало,

Не ожидай героя.

Я злой да грубый.

Безразличны люди мне,

Ведь слепы, живут во тьме,

Внутри всяк глупый.

Их не одаряю взглядом,

Что рождает свет в душе;

Держатся настороже

Те, кого зову я стадом;

Я оскорбить алкаю

Безобидных тех людей —

Я для них таков, знаю.