Опасность тьмы

С работой тоже все вроде бы было хорошо – она была графическим дизайнером, она обожала свою квартиру на Старой фабрике лент, обожала Лаффертон, не переживала никаких потрясений или тяжелых заболеваний.

– Каждое утро, когда я просыпаюсь, вокруг все становится как будто темнее и темнее. Я словно скатываюсь в глубокую яму.

Тогда она посмотрела на Кэт пустыми глазами, в которых не было слез.

Кэт выписала ей антидепрессанты и попросила приходить раз в неделю на протяжении ближайших шести недель, чтобы понаблюдать за прогрессом.

Прошло больше месяца, и ничего не изменилось. Таблеткам едва удалось коснуться первого слоя ее депрессии. Но во время четвертого посещения Лиззи показала ей жуткий синяк на руке и вывихнутый палец, на который она оперлась при падении. Она просто потеряла равновесие – так она это описала.

– Такое случалось раньше?

– Такое случается постоянно. Я подумала, что это может быть из-за таблеток.

– Хм. Возможно. Они могут вызывать легкую слабость, но она обычно проходит через несколько дней.

Кэт записалась на встречу с неврологом в Бевхэмской центральной. Тем же вечером она поговорила с Крисом.

– Опухоль мозга, – сразу же сказал он. – МРТ покажет более точно.

– Да. Может быть, очень глубоко.

– Паркинсон?

– Мне это приходило в голову.

– Или, может, эти две вещи не связаны… Можно рассматривать депрессию и потерю равновесия отдельно.

Потом они стали говорить о чем-то другом, но уже на следующее утро Крис шел по коридору, решительно направляясь из своего кабинета в кабинет Кэт.

– Лиззи Джеймсон…

– Идеи?

– Что у нее с походкой?

– Нетвердая.

– Я сейчас читал про болезнь Крейтцфельдта – Якоба.

Кэт уставилась на него.

– Очень редкая, – сказала она наконец.

– Да. Никогда не сталкивался.

– Я тоже.

– Но все совпадает.

После того, как ушел ее последний пациент, Кэт сразу же связалась с неврологом Бевхэмской центральной.

Когда Макс Джеймсон встретил Лиззи, он уже пять лет как был вдовцом. Его первая жена умерла от рака груди.

– Я сходил с ума, – говорил он Кэт. – Я просто потерял рассудок. Я хотел умереть. Да я и был мертв, я был ходячим мертвецом. Я просто проживал день за днем, не совсем понимая, зачем вообще даю себе этот труд.

Друзья постоянно приглашали его куда-то, но он нигде не появлялся.

– Я и не собирался идти на ту вечеринку, но кто-то решительно вознамерился вытащить меня – им пришлось буквально физически выволакивать меня из дома.