Лето больших надежд

Даже более чем превосходные, заметил он, пытаясь не съежиться – Лайтси тоже были здесь. Родители Памелы и его собственные друзья по жизни – еще один фактор, который усложнял планы Филиппа. Они сновали взад и вперед. Мистер Лайтси был шафером на свадьбе Беллами, и с тех пор пары дружили. Казалось, брак между Филиппом и Памелой был предопределен. Каждый год семья Памелы приезжала в конце сезона, чтобы помочь закрыть лагерь и ухватить несколько последних летних деньков прежде, чем направиться обратно в город.

Когда Лайтси находились поблизости, он должен был проявлять предельную осторожность.

Он должен был сказать Памеле обо всем наедине. Если она услышит новости от своих родителей… Он даже не хотел об этом думать. И чтобы сделать все еще сложнее, за буфетным столом стояла мать Маришки, наполняя подносы. Черничные пироги и калачи Хелен Маески были легендой, и надолго их не хватало.

Увидев Маришку, Хелен помахала, хотя и с принужденной улыбкой. Филипп был уверен, что Хелен подозревает, что что-то происходит между ним и Маришкой, и не одобряет этого.

Конечно, это так и было. Она знала, что он обручен с Памелой, и боялась, что он разобьет сердце ее дочери.

Ему хотелось разубедить Хелен, дать ей знать, что он намерен провести остаток своих дней, делая Маришку счастливой. «Скоро, – подумал он. – Все скоро встанет на свои места».

В павильоне они с Маришкой разделились, хотя ему было трудно отвести от нее взгляд. Ее, похоже, окружало сияние, и даже несмотря на то, что он знал, что оно исходит от волшебных фонарей, подвешенных вдоль лестницы, он думал, что она похожа на сказочную принцессу из другого мира.

– Привет, Фил. – Эрл, его лучший друг и сосед по комнате в колледже, стукнул его по спине. – Ты пропустил собрание персонала на лодочной станции. – Это были кодовые слова. Энтони Джордж Эрл третий, бывший любитель травки, по вечерам потакал своей старой привычке. Покурить марихуану казалось почти что еще одним лагерным ритуалом.

– Я оставлю это на потом. Давай найдем чего-нибудь поесть.

– Хороший план. Я проголодался.

Они двинулись вдоль буфета, повышая голос, чтобы расслышать друг друга за громом музыки.

– Я возвращаюсь домой утренним поездом, – сказал Эрл, чавкая набитым ртом. – Парень, ненавижу уезжать из этого места.

– Я слышу тебя. – Филипп украдкой бросил взгляд на Маришку.

Она танцевала с Терри Дэвисом, местным мальчишкой, который занимался в лагере плотницкой работой. Как обычно, Дэвис был под мухой.