Книжный магазин «Бюро находок»

– Я знаю, что хочу сказать сегодня.

– Ты сильный человек, дедуля. Я так рада, что ты у меня есть.

– А ты у меня.

Он сидел тихо, пока выступал очередной человек. Старался обдумать все, что хочет сказать. То, что ему нужно было сказать.

Как можно почтить жизнь человека в пятиминутной речи?

Как и у любого человека в его возрасте, в его жизни было много потерь. Давным-давно Лавиния ушла от него в объятья человека, пообещавшего ей лучшую жизнь. Мэй Лин пришла в его жизнь совсем ненадолго, принесла ему радость, которую он так долго ждал, и умерла у него на руках в прошлом году.

Может, это и стало началом его болезни. Доктор Янг назвал это упадком. Постепенный спуск по склону жизни в небытие.

Эндрю не мог сказать точно, когда память начала сдавать, а в голове поселился хаос. Наверное, где-то после перелома бедра. До этого, и даже во время пребывания в больнице и на реабилитации, все было четко и ясно.

После того, как реабилитация закончилась и Эндрю вернулся на Пердита-стрит, он обнаружил, что Блайз перевезла его вещи на первый этаж.

Теперь про ступеньки не могло быть и речи. Комната возле сада была когда-то кладовкой для аптечных настоек, лекарств и трав его отца. Позже Эндрю заполонил пространство инструментами, относящимися к его профессии: стоддардским растворителем, щетками, крошечными пинцетами, смазочными материалами и очистителями для ремонта печатных машинок.

Теперь это стала его комната, потому что он был слишком слаб, чтобы подниматься по лестнице. Как только он поселился в своем новом жилище, туман в голове стал сгущаться.

На него наваливалась усталость, желудок расстраивался от всего, что бы он ни ел. Дни стали ускользать, а жизнь опустела. Он стал призраком в собственном мире, он словно наблюдал за происходящим сквозь искажающее стекло.

В какой-то момент он перестал быть тем гордым человеком, который с важным видом расхаживал по району, точно петух на прогулке. В те дни он бродил в поисках выхода, и потом спрашивал сам себя – выхода откуда? Он хотел пойти домой.

Потом вспоминал, что уже дома.

Он был странником. То Одиссеем, в другой раз древним мореплавателем или простым человеком, как Том Джоад, или искателем, путешествующим автостопом, как Дуглас Адамс. Он все время искал прошлое, существовавшее только внутри его самого. Он искал цветочные поляны, высокие утесы, торчащие из океанов, и горные вершины, рассекающие облака.

Он всегда умудрялся вернуться назад, потому что знал, что нужен.