Валенсия и Валентайн

От столкновения со столиком у холодильника рухнула стопка книг и бумаг, но ей удалось в последний момент поймать горшок с неведомым растением. При этом она задела локтем любимую чашку, опасно балансировавшую на краю стойки.

Она обошла осколки керамики, лежавшие теперь в мутной кофейной лужице, и опасливо взглянула на часы, неодобрительно взирающие на нее со стены.

Она захлопнула дверь, но ей тут же пришлось лезть за ключом, чтобы отпереть замок – дверь успела ухватить ремешок сумочки. Весь путь до подножия лестницы Валенсия цеплялась за свои же ноги и в последний момент поняла, что забыла дважды проверить, выключена ли плита.

Это походило на проклятие – она не могла никуда пойти, не проверив два или три раза, выключена ли плита, независимо от того, пользовалась она ею недавно или нет. Она попыталась вспомнить, бывало ли с ней такое до смерти Шарлин, потому что именно такой вопрос задала бы Луиза.

Похоже, это появилось уже потом.

Интересно. Именно так и сказала бы Луиза, записывая признание в свой журнал, пока Валенсия рассматривала бы кольца на ее узловатых пальцах.

Действительно интересно, ведь смерть Шарлин не имела никакого отношения к плите. Луиза наверняка придумала бы какое-нибудь изощренное задание, выполнить которое пришлось бы до их следующей встречи. Задание было бы дурацким и невозможным, например оставить плиту включенной на весь день и всю ночь, и если ты не сгоришь дотла в своей постели, то излечишься от конкретной навязчивой идеи.

Она остановилась на секунду с ключом в руке, прислонившись к тяжелой стеклянной двери многоквартирного дома, и взглянула на лестницу, по которой только что спустилась.

Нужно проверить.

Нет. Это было нерационально, но не было неконтролируемо; всего лишь дурная привычка, не более того. Вот так, Луиза. Почувствовав прилив храбрости, она толкнула дверь и направилась к машине.

Она поехала в колл-центр. Отработала свою смену. И когда приехала домой, то почти не удивилась, обнаружив, что дом окружен машинами экстренной помощи и мигающими красными и синими огнями.

Весь день она задавалась этим вопросом, но теперь с ужасом осознала, что утром, на лестнице, приняла неправильное решение. Весь день она представляла себе эту картину, и теперь эти безжалостные мысленные образы вырвались из ее мозга в реальный мир. Она стояла в свете пламени своего пылающего многоквартирного дома вместе со 164 другими оставшимися без крова жильцами, наблюдая, как пожарные спасают помешанную старушку с третьего этажа.