Обряд

 – Чего вдруг разволновалась так?

– Это та самая женщина, что на почте мне помогла, – отхлебнув горячего чаю, призналась Тоня. – Я же тебе говорила про нее… В ромашковой косынке… Она же и тебе подсказала, где меня искать.

Бросив быстрый взгляд на фотку, дед хотел было что-то сказать, как замер и, схватив снимок, пристально вгляделся.

И чем дольше он смотрел на фотографию, чем сильнее мрачнел.

Глава 9. Ромашковая косынка

– Может, объясните мне, что происходит? – не выдержал хозяин дома. – Вы что, оба ее видели?

Глядя на сникшего деда, Тоня решила вкратце поведать, где встретила Валю.

– Я на днях на почту, что на площади возле универмага, заходила… Так вот, там Валюша работала. Я телеграммы отбила, и звонок в Волгоград заказала. Она еще ко мне в кабинку зашла и сказала, что все хорошо будет.

– И когда именно ты на ту почту заскакивала? – подозрительно поглядывая на гостью, поинтересовался Семен.

– Ой, да может неделю назад…

– Почта дня два как открылась! Месяц на ремонте стояла…

– Да не может быть! – подскочила с дивана Тоня.

– Говорили, – кивнул тот. – А как иначе, я тебя отыскал бы?

– А телеграммы дошли?

– И телеграммы дошли. Хорошо, что я в квартире на тот момент находился. Если что, родители про наши приключения не в курсе, – и, взглянув на растерянного хозяина, дед Захар вздохнул.

– Хочешь или не хочешь, Антонина, но придется все как есть поведать…

Забравшись обратно за диван, Тоня плотнее укуталась пледом и рассказала все, от начала до конца.

Как поехала с мамой в Киров и познакомилась на городском пляже с Демидом.

Как любовь шарахнула ее по глупой голове и унеслась она с малознакомым молодцом в глухую деревню, да еще и замуж успела выскочить.

Про подслушанный у реки разговор брата и сестры упомянуть не забыла, про запахи неприятные, про весь тот мрак и непроглядность. И самое главное, про страх, что разъедал изнутри.

Пугала ее эта деревня, эти дома и люди…

Она же, если задуматься, никого из соседей в лицо не помнит. И имен не знает…

А если разобраться, называл ли ей кто имена? Ладно, имена, но лица!

Она же видела соседей, а вот сейчас пытается воссоздать в голове образ, но кроме серых теней ничего не получается. Ненормальность какая-то…

Рассказала про саженец сосенки, про жуть, что обуяла и заставила ее трястись всю ночь.