То ли еще будет

Так и представлялась куча по-восточному пестрых подушек, на которых развалились смуглокожие люди, обхватив алыми ртами трубки кальянов и втягивая сквозь трепетно расширенные ноздри кокаин с тонких лоскутков рисовой бумаги.

Впрочем, Валерия с наркотиками никогда не сталкивалась и знала о них в основном из зарубежных фильмов.

– Чем можем быть полезны? – подлетела к Валерии худенькая рыжая девушка в форменном голубом халатике с белым воротничком. На бейдже красовалось сказочное, непривычное, но очень подходящее девушке имя – Алиса.

Рыжая девчонка и в самом деле напоминала лисичку, юркую, очаровательную.

– Я хочу подстричься и покраситься, – спокойно сказала Лера. – А также сделать маникюр и макияж…

– Прошу вас, – приветливо улыбнулась девушка, и Лера последовала за ней.

Опустившись в глубокое кресло, она смерила себя оценивающим взглядом. Ничего особенного. Яркие темные глаза почти не видны под светлой челкой. Губы красивой формы напряженно сжаты. Лицо несколько похудело от всех изменений – пожалуй, единственное, что порадовало девушку.

За спиной, приглушенный расстоянием, раздался чуточку напряженный голос рыжей девушки Алисы:

– Иди уж, не время отношения выяснять. Тебя клиентка ждет. Хочешь вылететь отсюда как пробка?

– Я не вылечу, – незнакомый, но довольно приятный мужской голос звучал с ощутимой ехидцей. – А относительно отношений – я вообще не понимаю… мы что, расстаемся?

– Слушай, мне вообще нельзя встретиться со старым другом?

– Не с другом, а с бывшим молодым человеком.

Ты, надеюсь, еще помнишь, что собиралась выйти замуж за Бориса? – продолжил дискуссию молодой человек, кипя яростной иронией и обидой.

Валерия с усталой отрешенностью вслушивалась в разговор – в незнакомом городе ей все было интересно.

– Лучше бы уж вышла! – со слезами в голосе воскликнула Алиса. И тут какая-то женщина, судя по голосу, далеко не юная, произнесла со спокойной рассудительностью:

– Ну хватит, ребята, опять сцепились! Потом разберетесь, а пока – арбайтен, арбайтен.

– Ко мне больше не подходи со своей дурацкой ревностью! – напоследок крикнула Алиса звенящим от бешенства голосом.

– А кто ревнует? – с деланой невозмутимостью парировал собеседник.

– Какую стрижку вы хотели бы сделать? В какой цвет окраситься? – услышала Лера мужской голос, только что произносивший ехидную фразу, за ее спиной. Голос был невозмутимо холоден, словно совсем не этот молодой человек только что ссорился с девушкой, изливая на нее яд и желчь.