Все мы злодеи

Но Бриони не терпелось вырезать свое имя на знаменитой Колонне чемпионов. Получить кольцо. Она очень вынослива и у нее отличная магическая подготовка – качества, которые позволят ей одержать верх на этом турнире. И после того, как она станет его победительницей, весь город – нет, весь мир – будет рассказывать истории о ней.

– Все не так просто, как кажется на первый взгляд, Бри. Ведь в каждом турнире важны не только победители, – с серьезным видом сказала Иннес. – У каждого чемпиона была причина участвовать в турнире, и каждый из них заслуживает, чтобы их помнили.

Даже если им и не удалось выжить.

Бриони не могла с ней согласиться. Задумываться о поколениях чемпионов, которым не удалось пережить турнир, было опасно. Они напоминали Бриони о том, что ее путь к величию будет вымощен шестью трудными, но необходимыми жертвами.

Она предпочитала фокусироваться на возможностях, которые давала высшая магия. Бриони понимала, почему семейства хранили ее существование в тайне. Но сейчас, когда о ней уже было известно, что мешало им ее использовать? С этой силой Торберны могли сотворить столько хорошего.

Не только для Ильверната, но и для всего мира. Когда она выиграет турнир, то позаботится об этом.

– Торберны, – раздался громкий, уверенный голос, и Бриони, моргнув, вынырнула из своих мыслей. В амфитеатр один за другим входили члены совета старейшин. Торберны были единственной семьей, достаточно большой для такого руководящего органа. Это было одной из причин, по которой жители Ильверната доверяли им право решать их проблемы.

Старейшина Мальвина, из которой разве что песок не сыпался, едва волоча ноги поднялась на трибуну с помощью своей жены Жасмин. – Слушайте, и слушайте внимательно.

Сердце Бриони заколотилось в предвкушении. Вот он, момент, которого она так ждала.

– Мы приняли решение, – объявила старейшина Джасмит слегка дрожащим голосом. – Последнее испытание будет проведено в частном порядке.

По амфитеатру пронесся недоуменный гул. Бриони резко повернула голову и увидела, что Иннес выглядит такой же потрясенной, как и все остальные.

– А до этого так было? – прошептала Бриони.

– Сомневаюсь. Наше последнее испытание всегда проводилось публично.

– Почему в этот раз они решили поступить по-другому? – Торберны тщательнейшим образом соблюдали даже самые незначительные традиции, что уж было говорить об этой.

– Не знаю. – Признание в том, что она чего-то не знала, по-видимому, вызвало у Иннес физический дискомфорт.