Все мы злодеи

– Ал, требования, которые она к тебе предъявляет… намного выше, чем к любому другому чемпиону. Ты можешь использовать заклинания, которые для большинства людей недостижимы в принципе. Ты доказал, что более чем достоин.

– Если бы это было так, она бы перестала меня проверять.

– Она давит на тебя только потому… – Хендри прикусил губу.

Алистер усмехнулся. Брат собирался сказать: «Потому, что она тебя любит». Но Алистер прекрасно знал, что бабушка его не любила. Для нее он был прежде всего чемпионом – не внуком.

Это было печально, это было практично. Но для Алистера это имело смысл. Может быть, в других семействах все было по-другому, но и там чемпионов готовили к смерти. Потому что если не отправить на турнир никого, кто-то из членов семьи все равно умрет. Бабушка, по крайней мере, не притворялась, что относится к Алистеру только как к средству получения выгоды.

– Да, да, я знаю. Кровь превыше всего, – пробормотал Алистер. Братья приняли свой семейный девиз близко к сердцу… по крайней мере, когда дело касалось друг друга.

– Тебе страшно? – тихо спросил Хендри. Тот же самый вопрос он задавал Алистеру на прошлой неделе в «Сороке».

– Нет.

Но Алистер немного кривил душой.

Когда тебе все детство рассказывают на ночь страшные сказки, когда члены твоей семьи крадутся по коридорам твоего дома, предупреждая тебя о твоей смерти, когда ты ночи напролет лежишь без сна и смотришь на звезды, ожидая, когда луна на небе станет багровой… ты испытываешь страх каждую секунду.

– Если бы смерть была такой ужасной, никто бы не умирал, – пошутил Хендри, улыбаясь своей обычной солнечной улыбкой.

– Я не собираюсь умирать.

– Но если ты не умрешь, тебе придется смириться с другим исходом событий.

Алистер подумал о дорогой тете Альфине, похороненной на их заднем дворе. Последняя победительница семейства Лоу покончила с собой после турнира, за четыре года до рождения Алистера. И ему придется проявить больше силы духа. Пройти эти испытания, какими бы сложными они ни были.

Пережить это, чтобы наконец-то узнать жизнь за пределами этого поместья, чтобы понять, представляет ли он из себя нечто большее, чем член семейства Лоу – любимых злодеев этого города – а теперь и всего мира.

– Я должен сделать это сам, – сказал Алистер, потянувшись к магической доске. Он поместил пустой магический камень в ее центр и придвинул гримуар ближе к себе.

Хендри вздохнул.

– Хотелось бы мне, чтобы это было не так.