Больно

Олег сказал, что источнику информации доверять на сто процентов нельзя.

– И что теперь делать? – спросила Ольга.

– После переливания Максим где-то месяц будет в стерильной палате лежать. К нему никого не пустят. Ты в это время поговоришь со Стасом и объявишь, что мы запрещаем ему видеться с мальчиком. Будет настаивать – обратимся в суд. Судиться он с нами не будет, если у него рыльце в пушку, – решительно заявил Михаил.

– Хорошо. Я так и сделаю. Спасибо, что узнал о нём правду. Надеюсь, всё обойдется без эксцессов.

Пойдем в дом, Миш. Я прикажу подавать ужин.

Михаил встал и расслабленной походкой направился в дом. Он был уверен, что поступает правильно.

Глава 9

Оля не давала видеть сына. Она сказала, что любая инфекция сейчас может навредить мальчику. «Позже, Стас. После того, как Максиму перельют твои стволовые клетки», – заверила она.

Станислав попросил переслать несколько фото Максима на телефон. Оля исполнила просьбу.

Мальчик оказался похож на него. Такие же т?мно-карие, практически ч?рные глаза.

Его густые брови. Его губы. От Оли сыну достался красивый нос и светлые волосы.

Татаринцев жалел, что не узнал тогда о беременности девушки. Он бы ни за что не ушёл служить по контракту. Вернулся бы из армии и добился того, чтобы Оля жила с ним. В противном случае оставляй ребёнка и вали на все четыре стороны.

Теперь было поздно. Максим считает отцом совершенно постороннего человека. Стас ни в коем случае не хотел ломать ребёнку психику. Он готов быть рядом в качестве дяди.

Назваться двоюродным братом Оли, лишь бы видеть сына и общаться с ним.

Стас посмотрел на трубку, по которой течёт его кровь в специальный аппарат. Там отделяются стволовые клетки и всё возвращается в вену на другой руке. Его предупредили, что процедура длится пять часов, но он готов выдержать ради своего малыша.

Это странно, но после расставания с Олей он не задумывался над тем, чтобы жениться или завести детей. Ему и без этого хорошо жилось. Теперь он тоже не стремился иметь семью.

Его грела мысль, что у него и без этого растёт сын. Стас верил, что спасёт своего мальчика.

Врач заверил, что в некоторых случаях ремиссия при лейкемии бывает долгой. Люди живут до старости. Самое главное – проскочить пятилетний порог после пересадки стволовых клеток. Ещё важнее, чтобы они прижились. Через месяц уже можно делать об этом выводы. У них девяносто процентов совместимости и это более чем достаточно.

Наконец-то всё завершилось.