Кровь за кровь

Они медленно шли среди клумб с благоухающими цветами, мачеха щебетала о чём-то всё время. Лия старалась вникать, хотя и не хотелось. Наконец, она решила спросить о том, что её волнует.

– Тётя Малика, вы сказали, что все девушки выходят замуж до девятнадцати лет. Где я тут мужа найду? Я никого не знаю. Друзей у меня нет. Да и не хочу я так рано замуж. Вообще-то, я в институт поступать собиралась.

– Это не твоя задача искать мужа. Марэк обо всём позаботится. Найдёт тебе достойного парня. А может, и раньше кто посватается.

Как видишь, девушки ходят с открытым лицом. Ты можешь кому-то приглянуться. Тут не встречаются с мужчиной, как у вас, не ходят на свидания. Обычно родители договариваются о свадьбе и ставят перед фактом. Я так замуж выходила. Да все, кто на острове живёт. Таков обычай, – ответила Малика.

Лия изумилась. Женщина говорила без сожаления или грусти. Она просто констатировала факт и всё. Её голос ни на йоту не дрогнул.

– Как так можно? Вышли замуж, за кого приказали, и не жалеете об этом?

– А чего мне жалеть? У меня хороший муж, прекрасный сын.

Дом, в котором я живу, не самый бедный в этом городе.

– А как же любовь?

– Думаешь, я не люблю твоего отца? Любовь приходит с годами, девочка, ты потом сама в этом убедишься, – улыбнулась Малика.

«Не хочу я ни в чём убеждаться! Я домой хочу. Я учиться хочу. Нужно упростить отца отпустить меня. Сейчас он не согласится, но, может, ближе к августу мне удастся уговорить его отправить меня в Лондон?..»

Лия захотела вернуться в свою спальню.

От этих разговоров стало муторно на душе. Хоть она и надеялась уговорить отца, но что-то ей подсказывало, что она отсюда уже не сбежит.

Придя в свою комнату, Лия легла спать. Усталость брала своё, как бы тревожно ни было на душе.

Сон был неспокойный, и глубокой ночью она проснусь в холодном поту. Ей привиделся кошмар. Снился какой-то мужчина, лицо которого казалось будто в тумане – так, что не разглядеть. Он был высокий. Девушка, стоя рядом с ним, едва доставала ему макушкой до плеча.

Мужчина казался неподвижным, словно статуя, но вдруг схватил её за горло.

– Ты правда не хочешь за меня замуж? Поздно, твой отец дал согласие, – произнёс он зловеще.

Потом он протянул руку к её груди, и вдруг его лицо преобразилось в ненавистную рожу отчима. Он стал мять её грудь и шептал с придыханием: «Хорошенькая стала. Сладкая такая девочка. Давай трахнемся? Ну, чего ты, приятно же будет». Лия отбивалась, кричала.