Надежды разбитые как стекло

Там она платила парням за то, чтобы они выполняли её самые грязные фантазии. Девушка знала, скажи она Эргашу, что на самом деле любит в сексе, он бы разозлился, а то и вообще бросил. В его понимании мусульманка должна быть покорной, любящей женой, воспитывающей его детей. Халита была не такая. Более того, она не желала работать. Девушка уже мечтала, как распишется с Эргашем и уволится. Спа-салон, фитнес-клуб и шопинг – вот её работа. Дети? Ну, что вы. Только дурочка согласится променять свободу и вольготную жизнь на подгузники.

Халита понимала, что без наследника не обойтись, поэтому сразу после рождения, собиралась спихнуть малыша на няньку.

И вот теперь, глядя на саван, в который было укрыто тело Лейлы, Халита ликовала в душе. Уже скоро, она выйдет замуж и покинет ненавистный офис. Такая, как она, достойна, жить в роскоши. Подняв глаза, девушка увидела, как жених стоит у окна и беседует с кем-то. Сердце не ёкнуло в предчувствии опасности. Халита даже злые глаза Олега проигнорировала, когда выражала ему соболезнования.

Девушке казалось, что ничто не сможет нарушить её планы. Лейла умерла и теперь Эргаш в её власти.

***

Дибаров наблюдал, как под громкий плач женщин, маму заносят в катафалк. Сейчас они поедут в мечеть для молитвы. Туда допускались только мужчины, да и на кладбище тоже. Отчим не был их веры, но выказал желание ехать в мечеть. Калашников супруг Лейлы, хоть она и не взяла его фамилию, поэтому никто не сказал против. Даже Эргаш на этот раз промолчал, видя, как искренне скорбит мужчина.

Самые близкие сели в катафалк, остальные отправились на машинах. Эргаш не стесняясь, утирал слёзы. Сердце разрывалось от боли. К смерти любимого человека нельзя подготовиться, даже если знаешь, что он обречён. Олег тоже сидел с мокрыми глазами, впрочем, как и несколько родственников. Так же тут был отец. Фарход пришёл проводить бывшую жену. Со временем они с Лейлой простили взаимные обиды, и вполне нормально общались.

– Крепись, сынок. Жизнь продолжается. Я слышал, что ты собрался жениться на Халите.

Дела у её семьи неважные, но если ты её любишь, то я одобряю. А мама с небес будет оберегать ваших детей, – сказал Фарход, обняв сына.

– Спасибо, пап. Я рад, что ты пришёл поддержать меня, – слова давались с трудом.

Эргаш еле выдержал заупокойную молитву и захоронение мамы. Он очень любил её, впрочем, как и отца, несмотря на то, что он ушёл из семьи. После того как похоронили, раздал всем носовые платки и ткань для пояса.