Золотая девочка

Посреди зала, намертво охаляпив блондинку, которая брыкалась и старалась вырваться из крепких рук, материлась и верещала весьма даже приличная на вид молодая женщина, методично ощипывающая светлые волосы соперницы. В разные стороны дерущихся старались растянуть двое мужчин. Причем оба они были вошедшим более, чем знакомы. С одной стороны девиц тянул Никитин, а со второй – тот самый Орлов. Не известно, к чему привела бы эта ситуация, но тут из подсобного помещения, не спеша, показалась высокая грудастая дама, в руках которой наблюдалось большое ведро.

Она спокойно подошла ко всей этой визжащей и орущей куче, а потом с широкого размаху плеснула на нее ледяную воду. Участники боев без правил отцепились друг от друга, ошалело уставившись на хозяйку кафе.

– Да пошли вы все! Придурки, блин! Мало я вас в школе чмырила! – Выкрикнула крайне привлекательная блондинка, которую даже не портили стоявшие дыбом волосы, а прилипшее к телу мокрое платье вообще вызывало стойкое желание познакомиться ближе.

С этими словами девица четким шагом направилась к двери, хлопнув ею так, что с потолка упал небольшой кусок штукатурки.

Те, кто остались в кафе не знали, что, едва оказавшись за углом, где видеть ее никто не мог, она в изнеможении опустилась на бордюр и горько расплакалась.

Глава шестая

Марго почти час вычесывала из волос клоки, выдранные бывшей подругой. Дожила. Стала участницей драки, словно колхозница на сельской дискотеке. Она с тоской проводила взглядом очередной пук, упавший на пол.

Спасибо, хоть скальп не сняла Наташенька. С неё станется.

В юности все окружающие воспринимали их дружбу, как некое сочетание черно-белого. Наташа Серикова – тихая, спокойная девочка. Маргарита Ратинберг – почти дьявол во плоти. И только одна Барби знала, какие страсти кипят в глубине души её подружки. Если сама Золотая девочка жила, словно огонь на ветру, то Наташа старалась быть «правильной».

Однако в сегодняшней ситуации выскочила наружу её настоящая суть. И ведь, что обидно, хоть была бы стоящая причина для такого поведения.

Нет, Марго, конечно, заметила, насколько изменился Макс. Возмужал, стал этаким роковым красавцем. Внешне. Однако Барби знала его, как облупленного. Тот трепетный пацан, который дышал на неё, словно на драгоценность, остался прежним.

Да, она с детства желала поклонения, ждала, чтоб её боготворили, но сейчас все это стало казаться девушке каким-то ненастоящим. Марго сама не знала, что с ней происходит.