Жизнь за корону

Отец только что предложил ей на выбор две короны, едва ли не самые блистательные в мире. Ну, французский проект – это, конечно, почти сказка, а вот стать российской императрицей… Пусть ее кузен занимается армией, она займется всем остальным, как ее бабушка. А там… Екатерина Третья? Почему бы и нет? На войне случается – убивают, и не только рядовых солдат…

Като была еще слишком молода, слишком наивна и слишком взволнована, чтобы трезво оценивать ситуацию. Она еще не поняла, как сильно не любил Павел своего старшего сына, которому августейшая бабка желала оставить трон – в обход его, законного наследника, единственного сына.

Не знала, как люто ненавидел Павел своих невесток – только потому, что их выбрала в жены своим внукам все та же ненавистная Екатерина. Не понимала, что Павел балансировал на грани безумия, подозревая в злодейских умыслах даже свою верную и кроткую супругу, и как стремился побыстрее сбыть с рук старших дочерей, да так, чтобы их супруги не стали ему соперниками.

А вот Александр знал не только это, о чем и писал тайно своему бывшему воспитателю Лагарпу через год после восшествия Павла на трон:

«Мой отец, по вступлении на престол, захотел преобразовать все решительно.

Его первые шаги были блестящими, но последующие события не соответствовали им…

Военные почти все свое время теряют исключительно на парадах. Во всем прочем решительно нет никакого строго определенного плана. Сегодня приказывают то, что через месяц будет уже отменено… Благосостояние государства не играет никакой роли в управлении делами: существует только неограниченная власть, которая все творит шиворот-навыворот.

Невозможно перечислить все те безрассудства, которые совершались здесь…

Даже будучи только наследником престола, он заботился прежде всего о том, чтобы оставить в скромной вотчине – злосчастной Гатчине – след своих философских, социальных и военных убеждений. Он воздвиг рядом с православной церковью, расположенной на этой территории, католический костел и протестантский храм. Таким образом, еще два христианских вероучения благополучно соседствуют с официальной религией России, оскорбляя чувство истинно верующих и вызывая гнев православных священников.

Мое несчастное отечество находится в положении, не поддающемся описанию. Хлебопашец обижен, торговля стеснена, свобода и личное благосостояние уничтожены. Вот картина современной России, и судите по ней, насколько должно страдать мое сердце…»

Каждый день Павел присутствовал на параде конной гвардии.