Король Дарлии и Призрак Синего леса

 – К любому яду всегда найдется противоядие… Однако, сначала нужно хотя бы выяснить, каков был яд… А как мы это узнаем? Ведь Селеста же мертва.

– Я слышал, что у жрицы была своя особая книга с заклинаниями, – вступил в разговор Аброн, который все это время мысленно искал удобный предлог, чтобы уйти. – Называлась она «Валийская книга». – Все взоры тут же обратились в его сторону, а он продолжил: – Я читал когда-то у себя в библиотеке, что эту книгу начал писать маг Валий, а после его смерти дело отца продолжила Геката.

– Да, ее передала жрице ее мать Мерида – подруга Гекаты, – вставил Орвин.

– Мерида? – спросила Ольгерта. – Эта та самая колдунья, которую Гилмар отправил жить на Поющее болото?

– Она самая, – подтвердил Орвин. – Перед смертью Селеста призналась нам, что Мерида – ее мать и дочь Гилмара.

– Вот значит как, – удивилась Ольгерта. – У Гилмара, оказывается, была дочь – черная колдунья.

– Так нужно найти эту книгу и расколдовать Алису, – прервал их разговор Феликс. – Может, она где-нибудь у тебя в библиотеке?

Со взором, полным надежды, он повернулся к Аброну.

– Ну, это вряд ли, – разочаровал его библиотекарь. – Думаю, жрица держала ее при себе подальше от чужих глаз, а потом взяла ее с собой, – он тяжело вздохнул. – Хотя не исключено, что и в других книгах библиотеки может содержаться что-то полезное для нас.

Аброн раскланялся и уж, было, заспешил прочь, но задержался у клетки с драгами, оставленной Феликсом у двери. Теперь он, как следует, рассмотрел зверьков и узнал в красной особи драгиню Селесты Фортуну, а вот второго зверька он раньше не видел. У обоих зверьков был жалкий вид. За разговорами об Алисе, о драгах все совсем забыли.

– Здесь им не место, – сказал библиотекарь, склонившись над клеткой. – Я отнесу драгов в зверинец… Там им будет гораздо лучше…

Он, будто спрашивая разрешение, взглянул на Феликса, тот поспешно кивнул.

– Драги тоже, как и Алиса, оказались у Селесты, – пояснил Феликс. – Так получилось, что клетка упала, и они сильно пострадали.

Мальчик, конечно же, в душе во всем винил себя. Если бы не этот выскользнувший из рук пузырек, зверьки бы сейчас отлично себя чувствовали.